Реинкарнация тьмы

– Спец-гвардия, значит… Зачем же вы, господа… и дамы тоже, пугаете посетителей до усрачки?! Да еще и удерживаете человека против его воли! – он ткнул пальцем в Фрица, который подозрительно съежился под взглядом представителя власти.

– Ну что вы, шеф, никто никого не удерживает, – любезно сообщил я, заговорщицки подмигнув Фрицу, – Мы всего лишь беседуем, пивом вот угощаемся.

Я сунул ошалелому Фрицу в руки наполовину опустошенную кружку пива, тот молча принял и машинально отпил несколько глотков.

– Да, к тому же, ничего страшного не случилось! – заявила Хельга, пряча улыбку за пивной кружкой, – Ну посидят сегодня в туалете, ну и что? Зато завтра желудок заработает, как часы!

Гитц поиграл желваками, внимательно рассматривая ведьму, потом махнул рукой.

– Ладно, спец-гвардия, располагайтесь, поговорим, – он первым сел за большой стол, приглашающим жестом указав на свободные места, – Эй, Грег! – это уже трактирщику, – Сооруди-ка нам всем ужин!

Пока мы усаживались вокруг стола, двое жандармов взяли Фрица, так и не выпустившего кружку, под руки и увели прочь.

Хозяин заведения, которого, как оказалось, звали Грег, убежал на кухню распорядиться насчет ужина. Во всем большом зале осталась только наша команда и Гитц.

– Итак, что привело вас в Сибницу? – устало спросил шеф.

– Вот это, – ответил я, выкладывая на стол фотокопию, – Снимок сделан в ста метрах от городской черты с самолета разведчика.

На изображении четко была видна ровная площадка внушительных размеров, покрытая слоем утоптанного снега.

А на площадке – выложенная булыжниками огромная пентаграмма.

– Местные бездельники балуются, – махнул рукой Гитц, – Стоило из-за этого приезжать?

– Не такие уж и бездельники, – я сокрушенно покачал головой, доставая второй снимок.

На фотокопии запечатлелась то же место, чуть с другого ракурса и ночью. В вершинах пентаграммы ярко горели костры в рост человека, грани фигуры превратились в огненные линии. В центре построения можно было угадать небрежно сооруженный алтарь, почти не озаряемый светом костров.

Вокруг алтаря толпились люди в темных одеждах с глубокими капюшонами на голове. А на жертвеннике – контур маленького человеческого тела, по размерам смахивающего на детское.

– Что скажете, Гитц? Насколько я знаю, четыре человека погибли в вашем городе при крайне странных, так до конца и не выясненных, обстоятельствах.

Глаза шефа забегали, рот приоткрылся, но не издал ни звука.