Алевтина

Она, конечно, не знала, кто эти люди за столом, но если шеф за ними бегает как хвостик и «целует в зад», то значит, она краснеет не зря. Она их и раньше видела, но обычно они заходили ненадолго и уходили, а если их и обслуживал кто-то, то это был шеф. Другие обходили этот столик стороной. В этот раз эти люди пришли под конец рабочего дня, и начальник решил познакомить с ними девушку. Это не его желание.

– Простое и в тоже время красивое имя, – сказал офицер, довольно улыбался и сканировал девушку с головы до ног.

Останавливаясь, то на груди, которую обтягивала белая блузка (сидела на ней очень складно), а потом на стройных ножках, которые почти до колен скрывала рабочая юбка.

С его статусом он мог разглядывать любую девушку.

Аня молчала, как и подобает в таких ситуациях. Сама не понимала зачем, но она хотела понравиться им.

Про Константиныча уже давно все забыли, как про инструмент – попользовались и отложили в сторонку. Офицер сделал характерный жест рукой, как бы отмахнулся и шеф понял без слов, видимо не впервой и удалился к себе в кабинет.

У хозяина ресторана было правило: не покидать ресторан до последнего клиента – фанат своей работы – истинный трудоголик.

– Ну-у-у-с, Анна, вам нравится ваша должность? – продолжил человек в форме и отодвинул стул.

Девушка без слов, видимо прочитала по глазам, что нужно сесть на этот стул.

– Конечно, – ответила Аня, продолжая смущаться, ноги растеклись по стулу. Они гудели от усталости.

Вдруг она вспомнила про подругу.

Мобильник заряжался в кабинете шефа.

– Извините меня, мне нужно отойти. Я скоро вернусь. – сообщила девушка, в голосе чувствовалось неудобство перед гостями и тревога. Женское тонкое чутье о чем-то предупреждало.

– Да, конечно, Анна, сходи, попудри носик, – ответил и подмигнул ей офицер.

Аня наигранно улыбнулась и хихикнула, а через несколько секунд ворвалась в кабинет шефа.

– Что случилось, Анечка, они тебя обидели? – побеспокоился толстяк, поднимая бегающие глазки и откладывая в сторону свои бумажки.

Дернулся и чуть не свалил настольную лампу на пол.

– Я сама кого хочешь, обижу, – рявкнула она. Потом одумалась. – Ой, простите Георгий Константинович за мой язык, это нервное.

Трясущиеся от предчувствия руки включали телефон.

Он, молча, улыбнулся в ответ и зарылся в поисках какого-то важного документа.

– Ну же, ну-у-у-же, – уговаривала она телефон. И вот долгожданная надпись «HELLO» и знакомая мелодия.