Куликово поле

В лучшем случае лучник в качестве защиты использовал павезу – очень удачный вид прямоугольного щита с характерным вертикальным жёлобом, изобретённым столетием ранее, по мнению одних в итальянском городе Павии, по мнению других – ещё лет за сто до нашествия Батыя на территории бывшей Киевской Руси, а ныне уже Литвы или же в польской Мазовии.

Кто был побогаче – покупал себе не лук, а арбалет. Обычно использовался простой арбалет, тетиву которого натягивали с помощью специальной рукавицы или поясного крюка. Такие арбалеты, как правило, имели стремя, на которое опирался арбалетчик при его заряжании.

Были и более дорогие арбалеты, тетива которых натягивалась с помощью специального механизма.

Являясь людьми более богатыми, владельцы арбалетов использовали защиту лучше, чем обыкновенные лучники. Щит-павеза применялся ими и для защиты и как упор во время стрельбы. Своё тело они защищали короткой, чуть ниже паха или длинной, ниже колен, кольчугой. Те, что побогаче могли потратиться даже на полноценный чешуйчатый доспех, но для этого, чтобы чешуйки не мешали при стрельбе, сверху приходилось надевать дополнительно специальную укороченную рубаху с обрезанными до локтей рукавами.

Для защиты головы арбалетчики как правило использовали сфероконический шлем с открытым лицом, чтобы не возникало никакой помехи для прицеливания, но при желании, в отдельных случаях, снабжённой бармицей для защиты шеи. На ноги одевались кольчужные чулки, колени защищались пластинами.

Если повезёт, то и броню, и шлем могут дать у князя.

За деньги, или за часть будущей добычи. А не повезёт, то будешь сражаться в том, что имеешь. Без брони, шлема, щита…

Кто-то, чтобы купить хорошую броню, обращался к ростовщикам, и за большой процент получал кредит. Процент большой, ведь риск невозврата велик. Вот убьют тебя, или в плен попадёшь, кто отдавать-то будет? Сколько таких полегло на реке Пьяне!

И даже в случае победы расслабляться нельзя. Не в обычаях русских князей возвращаться совместно с пехотой. Как правило, князь с дружиной и с победой возвращался назад, а пехота вместе с обозами медленно плелась следом.

И очень часто подвергалась нападению со стороны неприятеля. Кто-то попадал в плен, а кого и убивали.

Но никто не думает о смерти. А зачем о ней думать? Ведь если убьют, то какая разница, какой процент требует с тебя барыга еврей или генуэзец? После смерти, мирские заботы тебя уже касаться не будут.

И потому соглашались на кредит. И шли, и покупали себе добротные брони.