Стеклянная любовь. Книга вторая

 – Но ты же не доел, хотя дома у меня приготовлен неплохой ужин – голодным не останешься!

– Нет, Снежана, извини, но до тебя я дойти не смогу, если не поем, да и платить за них все равно придется! Я быстро! – и Слава по волчьи накинулся на горячее мясо, со скоростью электромясорубки начав пережевывать огромные сочные куски крепкими белыми зубами, стараясь при этом не чавкать и, вообще, изо всех сил пытаясь не выглядеть пьяной эгоистичной свиньей, в которую он, на самом деле, незаметно уже начал превращаться.

Снежана не удержалась и опять рассмеялась тем же самым, звонким русалочьим смехом, и смех ее не утихал все пять минут, в течение которых Богатуров расправлялся с мягкими и сочными эскалопами. Он и сам не мог понять – что за голодное наваждение на него нашло в те минуты, и только значительно позднее, когда исправить что-либо было уже невозможно, он догадался – почему ему так сильно, и, непременно захотелось съесть без остатка эти эскалопы, невзирая на вероятный риск уронить собственный имидж, в глазах понравившейся ему красивой девушки.

Прожевав и проглотив последний кусок, Слава выдохнул:

– Фу-у-у!!! – и икнул. – Прости меня, Снежана – мне очень стыдно, но я ничего не мог с собой поделать… – он сокрушенно развел руками, чем вызвал еще один приступ переливов русалочьего смеха.

– Шампанского холодного с удовольствием бы глотнул – пить страшно захотелось! – с трудом сдерживаясь, чтобы самому не рассмеяться, вслух помечтал Слава.

– А вот! – с готовностью подвинула Снежана свой бокал с, так и не пригубленным ею, напитком. – Можешь запить щербетом – я его так и не попробовала.

– Щербет? – удивленно поинтересовался Слава. – Но щербет, он же – сладкий, как патока и от него еще сильнее захочется пить!

– Ну, может это и не щербет, это так его этот проклятый черт Мойкер обозвал. Он не сладкий совсем и жажду хорошо утоляет – это я знаю точно.

Славик, решив не выяснять – кем являлся «этот проклятый черт Мойкер», схватил простоявший все время «впустую» перед Снежаной бокал и с жадностью осушил его до дна, оценив по достоинству прохладу неизвестного напитка и, приятный, можно даже сказать, пикантный кисловато-сладковатый вкус с удивительно стойким хвойным ароматом – почти таким же, каким обладали духи самой Снежаны.