Стеклянная любовь. Книга вторая

– Совершенно верно! – кивнул по военному остриженной головой Виктор Филиппович, и, не меняя интонации, добавил: – Но желательно меня не перебивать, пока я не закончил!

И знаете, Павел Назарович, что является самой любопытной деталью во всей сложившейся непростой ситуации? Головы у городских чиновников по поводу Замороженных Строек начинают болеть лишь в самые последние дни декабря каждого года – накануне Новогоднего Праздника. А в течении всего года, начиная с первоянварского похмелительного периода, мысли о Замороженных Стройках куда-то выскальзывают из голов работников отдела архитектуры городской администрации —будто их выдувает оттуда каким-то злым волшебным сквозняком!

Чего стоит, например, одна лишь, более чем непонятная, история с наименованием нового городского проспекта!

Ведь его предполагалось назвать Проспектом Молодежи, но его назвали самым кощунственным и циничным названием, какое только можно было выдумать в крупном русском городе – Проспектом Ашурбаннипала!!! И городскими жителями, не говоря уже об ответственных работниках из городской администрации, такое название воспринялось, как вполне естественное и само собой разумеющееся! И никто, заметьте – н и к т о, ни одна живая душа, так и не узнала имени автора этой дикой и, в высшей степени, антироссийской и, ярко выражено, ретроисторической идеи самого наидурнейшего толка!

Специалисты из нашей организации, а также специалисты из головного управления города Москвы, заинтересовались нашим вопиющим феноменом примерно четыре месяца назад и при помощи применения специальной аппаратуры, включая использование военного спутника, пришли к выводу, что где-то почти в самом центре квартала Замороженных Строек располагается источник сверхмощного аномального излучения.

Примерно через два часа, в городском аэропорту совершит посадку самолет из Москвы, на борту которого находятся несколько очень высоких чинов головного управления ФСБ.

По нашим агентурным данным сегодня около полуночи Бобров в помещении «Кафедры Неординарной Философии» собирался проводить в высшей степени безответственный антигуманный опыт.