Заговор астрономов

Несколько раз Саша бывал в доме и днём, но в ярком солнечном свете это была просто очень большая двухэтажная дача из девяти комнат, заставленных массивной старинной мебелью, знававшей когда-то иные интерьеры, а теперь расставленной по принципу “ где поместится». Чего здесь только не было: потертые кожаные диваны и громоздкие дубовые буфеты; резные комоды, уставленные фарфоровыми безделушками и огромные книжные шкафы без книг; чудовищных размеров шифоньеры и напольные двухметровые часы с глухим басовым боем, – не было только того таинственного запаха времени, который появлялся по вечерам.

В этом Саша мог поклясться. Был только тонкий запах пыли и какого-то сладковатого разложения, свойственный старым вещам. При дневном свете дом терял свою притягательно-таинственную ауру. Он оживал только ночью. Поэтому иногда, перед сном, Саша подходил к восточному окну мансарды, выходившему на участок Муромской, и до рези в глазах всматривался в черную громаду соседской дачи, стараясь представить себе, что же там делает сейчас княгиня наедине со своими призраками.

Прошло время. Саша окончил школу, поступил в институт и уже забыл о своем детском развлечении – бродить тайком в сумерках по таинственному соседскому дому, когда, приехав однажды в начале лета на дачу, он увидел удивительную картину. По дороге от распахнутых ворот Муромской дед вез к своей даче, с трудом балансируя на одноколёсной тачке, гигантский комод. Со стороны все это – маленький дед в потертой клетчатой кепке и огромный раскачивающийся сундук – так было похоже на какую-то клоунскую пантомиму, что Саша рассмеялся.

– Чего лыбишься, студент? Иди помогать, – устало проворчал дед, поставив тачку на землю и вытирая кепкой вспотевший лоб.

Когда Саша взялся за ручки тачки, ему стало не до смеха. Комод весил не меньше центнера и все время норовил завалиться набок, поэтому, докатив его до крыльца, Саша зло сплюнул и спросил:

– И зачем нам этот гроб? Ольга Константиновна нас им премировала за какие-то заслуги?

– Барыня поместье свое продает, а всю мебель нашей бабке подарила, – жизнерадостно ответил дед.

– Так что ты вовремя приехал.

– А чего она дачу тете Нине не подарит? – удивился Саша, сразу же вспомнив о соседской прислуге.

– Не может – они не родственники. Муромская может только продать дом, да и то исключительно очереднику из дачного треста и непременно по остаточной балансовой стоимости, – назидательно покачивая указательным пальцем, ответил дед.