Временные трудности

Никто искать не станет. А что с документами на нас?

– Вы оба попали в списки на переселение. Документы в районе.

– Че за переселение? – Егор посмотрел на сержанта, но ответил Юрий.

– Да была депортация перед войной вглубь Союза. Но подробностей не помню.

– Я не знаю. Недавно приказ пришел, – сержант развел руками, – Кто нам докладывает?

На улице послышалось тарахтение мотора, и сержант выглянул в окно.

– Наши из района.

Он вопросительно глянул на них. Юрий решительно сграбастал со стола бутылку, сунул в рукав, прошел в комнату, где переодевался, и распахнул окно.

– Че это он? Даже не попрощался… – сержант выглядел озадаченно.

– Не обращай внимания. Прощай. Бог даст, свидимся. – Егор протянул руку.

– Спасибо вам, мужики! – сержант с чувством потряс руку Егора своей левой, – Если что, то я всегда рад буду…

Егор подмигнул ему и вылез наружу. Окно захлопнулось. Юрий, сидя в тени дома, держал в руках откупоренную бутылку и хрустел яблоком.

– Ты алкоголик? – Егор присел рядом и тоже захрустел яблоком. Ветви буквально клонились под их весом.

– А то. Со стажем, – она весело улыбнулась и приложилась к бутылке еще раз, – Поесть нужно. Там кровью все залило, я и попробовать толком не успел. Да и сваливать отсюда нужно – там цветных понаехало…

То, что Егор вообще ничего не ел, его, похоже, совсем не заботило. Как и то, что он тоже сотрудник. Пусть и несуществующей пока организации.

Они, пригибаясь, выбрались из сада и пошли, не спеша в тени узкой извилистой улочки.

– Мне сюда, – Юрий остановился и показал в ближайший переулок, – Прощаться, я думаю, не стоит. Не сильно я к тебе привык и скучать вряд ли буду.

Они стояли в тени большого раскидистого дерева, росшего на углу чьего-то забора.

– Куда ты собрался? – Егор не собирался настаивать на совместном путешествии, но ничего другого на ум не приходило.

– Не решил пока, – Юрий привычным движением почесал щеку, но щетины не было, и эффект был не тот, – Через границу махну, пожалуй.

– Для тебя это главное? А то, что война скоро, тебя не смущает?

– Не надо меня агитировать за советскую власть. Тебя, пацан, ещё в проекте не было, когда я для этой власти своей жизнью рисковал. На трёх континентах, между прочим.

– Это я как раз понимаю.