Временные трудности 2

Сталин, наконец вспомнил о своей трубке, и сделав глубокую затяжку, сказал, внимательно глядя на Юлю:

– Есть мнение, что ваши таланты и опыт можно применить для обучения войск Особой группы при НКВД. Сейчас это 2-й отдел, занимающийся разведкой и диверсиями в тылу противника. Хотя, возможно, больше пользы вы принесёте, работая по своей специальности с водолазами. Может у вас есть какие-то свои пожелания?

– Мы готовы к любой работе, на которую нас направит партия.

– Мы? – удивился Сталин, – Я имел ввиду лично вас, товарищ Клочкова.

– Если это возможно, то я хотела бы продолжить службу с товарищем Ивановым. Мы хорошо сработались вместе, несмотря на его несколько иную специализацию.

– Я не возражаю. Но это потом. Для товарища Иванова у нас есть личное задание. Так сказать, по его специальности, – вождь опять затянулся и перевел взгляд на Егора – Вы будете наделены особыми полномочиями. И займётесь пересмотром дел и, если нужно, реабилитацией несправедливо осужденных, если такие найдутся. Но имейте ввиду, что вы будете головой отвечать, за каждого освобожденного вами человека.

В нашей стране уже год действует негласный мораторий на смертную казнь. Но распространяется он далеко не на всех. На вас, товарищ Иванов, он тоже не будет распространён. И учтите, через неделю я жду от вас учебное пособие для милиции. Если посчитаете целесообразным, то объедините свои усилия с товарищем Клочковой и подготовьте один общий документ.

– Слушаюсь, товарищ Сталин, – выдавил из себя Егор.

– Спасибо, Иосиф Виссарионович, – с какой-то особой теплотой в голосе сказала Юля.

– Это вам спасибо, товарищи, – неожиданно искренне сказал Сталин, – За всё. И за Яшу моего тоже. Теперь он точно в плен не попадёт. По крайней мере, живым.

Они промолчали не зная, что на это ответить.

– Вы свободны, товарищи. И не пейте столько, Юлия Андреевна, а то мы вас расстреляем, – улыбнувшись, пообещал Вождь и подмигнул ей.

– Слушаюсь, товарищ Сталин. Разрешите идти? – вполне серьёзно ответила Юля, и повинуясь утвердительному кивку, они вышли из кабинета.

Молча прошли мимо неподвижной охраны у входа и оказались на улице. Юля осмотрелась по сторонам, повернулась к Егору и коротко, без замаха ударила его точно в печень. От резкой сильной боли Егора скрутило, и он присел на корточки, упершись ладонью в землю.

– Если ты, паскуда такая, опять решишь жизнь суицидом закончить, то выбирай другие, менее экзотические способы, – раздался над его ухом тихий свистящий шёпот.