Временные трудности 2

Такой же лакированный паркет на полу, ковровые дорожки и деревянные панели на стенах. Перед одной из дверей провожатый остановился.

– Придётся обождать, – сказал он, хотя они ни о чем не спрашивали.

Ждать пришлось недолго. Минут через двадцать двери открылись, и из них вышли два человека. Важный лётчик с тремя ромбами в петлицах и человек в сером штатском костюме.

– Сроки очень ограничены, – сказал человек в штатском, – Я сегодня звонил наркому, но он сказал, что ничем нам помочь не сможет. Вы со своей стороны сможете повлиять?

Что ответил летчик, Егор не расслышал.

Их провожатый сделал ему с Юлей приглашающий жест, и они зашли в просторную квадратную комнату. Несколько настенных бра давали достаточно света, но небольшой круглый стол посередине, заваленный какими-то бумагами и картами, дополнительно освещался ещё и настольной лампой. Письменный стол у окна с парой телефонных аппаратов и такой же настольной лампой, да диван у стены с небольшим круглым столиком у изголовья завершали обстановку.

На диване, откинувшись на подушки, сидел Сталин. Задумчивое лицо вождя, его расслабленная поза и курящаяся дымом трубка, на которую он совсем не обращал внимания, вызвали у них некоторое замешательство. Они замерли при входе, не решаясь нарушать его раздумья, но он поднял на них взгляд и сказал:

– Проходите, товарищи.

Егору показалось, что сейчас его акцент был слышен гораздо более отчётливее, чем в Кремле. Они сделали несколько шагов вглубь комнаты и, приблизившись замерли, ожидая дальнейших распоряжений.

– Садитесь, товарищи, не на параде, – кивнул вождь на стулья, – Как догадались, товарищ Клочкова?

– Ушные раковины человека почти так же индивидуальны, как и дактилоскопические отпечатки пальцев. К тому же почерк.

– Почерк? – удивился Сталин.

– На столе в вашем кремлевском кабинете лежали бумаги. Когда мы вошли, ваш двойник что-то писал.

Сталин улыбнулся и потрогал себя за ухо.

– Интересный вы человек, товарищ Клочкова. Я тут ознакомился с вашей биографией и отчетом о действиях.

Читается, как приключенческий роман. Может, книгу напишете после войны?

– Можно в соавторстве, товарищ Сталин? – вполне серьёзно попросила Юля, – Я не обладаю литературным талантом.

– Не скромничайте. Я читал ваши рекомендации. Написано неплохо, – улыбнулся вождь и, помолчав немного, добавил, – Предлагаю поговорить, так сказать, неофициально. Будем считать, что вы у меня в гостях, а не на докладе. Можете курить, товарищ Клочкова.