Сквозь время. Вода и песок

Лезвие сверкнуло в свете солнца.

– Теперь вы…отведёте меня…– начал было Кай.

– Отведём-отведём.

Арно замахнулся и вонзил Каю острие в самое сердце. Кай почувствовал, как холодная сталь протыкает грудную клетку. Как она рвёт кожу, разбивает на осколки рёбра и вонзается в отбивающую ритм мышцу.

– Ну вот, совсем другое дело…– сказал Арно, отпуская рукоять, глядя Каю в глаза.

Кай схватился за меч и хотел было вытащить лезвие, но так боль стала сильнее. Он попытался закричать, но крик застрял в охваченном спазмами горле.

– Думал, мы тебя не найдём, дурень? Хе. Не надо было переходить дорогу Риггеру. Да, Ева?

Арно поднёс руку ко рту и свистнул. Ева взялась словно из ниоткуда и нависла над Каем.

– Конечно, Арно. Облака всегда двигаются в ту сторону, куда несёт их ветер, а ветер любит гулять широкими шагами по воде.

– Умничка! Приторно пролепетал Арно и положил руку Еве на талию.

– Я такая, – ответила Ева и прильнула своими тонкими губами к огромным вытаращенным губищам напарника.

Кай сделал последний вздох, и жизнь покинула его слабое тело.

Когда он открыл глаза, солнце садилось за горизонт. Первая и единственная мысль, которая горела у него в голове – идти за облаками. Он встал на ноги и поднял голову. Маленькие редкие облачка, подчиняясь ветру, плыли по небу. Какое-то время Кай молча наблюдал, изучая направление, потом сделал шаг и пошёл вслед за ними.

**

Ещё трижды вставало и заходило солнце, а Кай всё продолжал идти. Он совсем ослаб. Не знал, зачем шёл за этими дурацкими облаками, и не знал, приведёт ли это его куда-то, но только эта мысль у него и осталась. Как веру, так и надежду на то, что ему суждено не сгинуть здесь, он давно потерял. Ближе к рассвету он наткнулся на цепь редких безжизненных гор, которая высились на горизонте, словно обглоданная червями челюсть мертвеца.

Когда Кай сел на прохладный песок, то признался самому себе в том, что если он встанет, то этой будет его последний поход. Ноги превратились в две горящие гири, желудок провалился вглубь, сквозь кожу стали просвечивать рёбра. Вода у него кончилась два дня назад, и во рту было сухо.