Сквозь время. Вода и песок

Секрет его “успеха” заключался в том, что когда-то давно, когда ему было четырнадцать, мама отдала его в секцию по фехтованию, где он занимался целых два года, сам не зная зачем. Наверное, ему нравилось. Так он думал тогда. Получалось у него хорошо, и через год он стал одним из лучших. На соревнованиях не участвовал, места не занимал, но кое-какой опыт владения “мечом” у него был. Правда, он мало общего имел с тем, чему Квентин учил его сегодня, да и лет прошло ого-го сколько. И всё же Кай не растерял навык. Так оно наверняка было проще, чем если бы он никогда ничем подобным не занимался.

Когда Каю впервые удалось пробить защиту Квентина и нанести удар, тот ничего не сказал. Не похвалил его, не обругал. Он просто продолжал драться. И побеждал. Кай понимал, что он, конечно, может радоваться своим никчёмным успехам, но его не покидали сомнения в том, что, во-первых, Квентин поддавался, а во-вторых, – это палки, а не реальное оружие. Будь это меч, который держал он, когда дрался с прихвостнями Ренделла, его бы уже сто раз убили.

Означало это лишь то, что нужно было продолжать учиться. Оттачивать навык. Останавливаться он не собирался. Только многому ли он научится за короткий срок? Вряд ли. Но всё лучше, чем ничего.

Пламя костра согревало. Языки пламени взвивались ввысь, выбрасывая искры. Тоненькие веточки и прутики прогорали, поленья покрупнее с треском лопались. Когда со скромным ужином было покончено, они молча сидели, глядя на догорающее пламя. На небе вовсю горели звёзды. Яркие, красивые.

Синие, красные, бледно-голубые и чуть ли не розовые. Маленькие огонёчки прилипали друг к другу, складываясь в причудливые созвездия, имён которых Кай не знал. В одном он был уверен точно – раньше он их не видел.

Кай первым решил нарушить тишину.

– Квентин?

– М-м?

Квентин сидел на скамье и глядел на огонь, глядя в одну точку уже несколько долгих минут. В левой руке он сжимал маленький кусочек оставшегося хлеба, от которого отламывал очень уж мизерные ломтики и запускал их в рот.

Будто бы это помогало ему думать.

– Кто такой этот Ренделл?

Сначала Квентин долго молчал, продолжая любоваться игрой затухающей стихи, но потом закинул оставшийся кусочек в рот целиком, отряхнул руки и посмотрел на Кая. Он поправил очки, потом вернулся глазами к огню.

– Тот, с кем лучше не связываться.

Кай хмыкнул. Ответ Квентина его не устраивал, и он чувствовал, что механик это прекрасно понимает. Воцарившаяся тишина стала тяжёлой, ощутимой.