Когда закончится зима

Ему казалось, что окружающие ничего не понимают, погрязли в какой-то рутине, заняты совсем не тем. А он, молодой специалист со свежим взглядом, быстро наведёт порядок и многого добьётся. Он смотрел на жизнь легко и зачарованно.

Долгие и непростые семь лет, семь лет его жизни прошли с тех пор.

Чего он добился?

Ничего.

Навёл порядок?

Теперь он не мог навести порядок в собственной голове.

Хотя. Он был хорошим работником. Он старался.

Это быстро заметили, и работы всегда хватало. Вот только повышения за его работу получали другие.

Но он не расстраивался, он думал, что всё впереди. Что у него столько времени в запасе, что он всё успеет.

На нём ездили, он замечал это, но молчал и вёз.

Постепенно он стал меняться. Сам не заметил, как стал циничным и грубым. Люди, которым он хотел помогать, стали безразличны.

Возможно, на его месте другой бы запил или увлёкся наркотиками. Он сам видел немало таких примеров среди своих коллег. Кого-то разъедало одно, кого-то другое, многие совмещали всё, что могли совместить.

А Владимир ещё больше ударился в работу.

Это стало его отдушиной, его способом не думать о том, что же творится вокруг на самом деле. Почему так происходило, он не знал. Но чем больше он ненавидел систему, в которой работал, своих коллег, свой образ жизни, тем больше он уходил в эту самую работу.

Он так привык, это была его жизнь. Тогда вся его жизнь.

Если бы у него была семья, дети, он мог бы, наверное, переключить своё внимание на них, стать хорошим семьянином, отцом.

Но он старательно избегал серьёзных отношений. И думать не хотел о браке.

Почему?

Скорее всего, боялся.

Он потерял веру в людей. Он видел в людях только плохое, привык искать это плохое, за это ему и платили зарплату. Он стал подозрительным и осторожным.

Увлечения?

Хорошо делать своё дело было его единственным увлечением.

Так круг замкнулся.

Он достиг той точки, откуда, как ему казалось, нет возврата. Постоянное чувство безысходности. Ненависть – единственное чувство, которое двигало им.

Он ненавидел каждого, каждого, с кем ему приходилось сталкиваться, но больше всех, в неизмеримое число раз сильнее он стал ненавидеть себя самого.

Вот тогда он и встретил деда Егора.

Сама судьба послала к нему этого человека, чтобы спасти.

И он спас.

Накал жгучей ненависти схлынул, оставив после себя пустоту.

Конечно, теперь ему тоже было нелегко. Но он, по крайней мере, получил надежду. Он знал, что может всё изменить.