Закон и честь. Часть вторая. Иллюзия закона

Им не пришлось ждать долго. Не спел закусивший до крови губу Дэвис досчитать до пяти, как с обратной стороны щёлкнули запоры, и стальная дверь приоткрылась. На пороге появилась дородная фигура Дженнингса. Фуражка с позолотой, отутюженный китель, галстук. На вид штурману было около пятидесяти. Весьма солидная и колоритная фигура.

– Заходи, – буркнул, посторонившись, Дженнингс, ещё не замечая отступившего на шаг назад Невидимки. А потом было поздно.

Террорист со всей силы ударил незадачливого стюарда ногой в спину и, не мешкая, прыгнул следом.

– Живо внутрь! – рявкнул он в разом побелевшее лицо второго пилота.

Штурман попятился назад. Невидимка ударил его наотмашь по мясистой гладковыбритой физиономии и захлопнул за собой двери, одним движением крутанув запорный штурвал. От хлёсткого удара штурман попятился ещё дальше.

– Дирижабль угнан, господа! – во всеуслышание заявил Невидимка, нацеливая револьвер на сидящего в капитанском кресле седоусого подтянутого мужчину.

– Я капитан этого судна Ричард Морвуд, – глядя на Невидимку, седоусый мужчина не убирал рук со штурвала. На его волевом лице не дрогнул ни один мускул. Террорист невольно проникся уважением к этому человеку. Настоящий камрад. – Я бы попросил вас объясниться, сэр.

– Всё очень просто, – Невидимка взмахнул револьвером и жестом велел подыматься второму пилоту и гиду. – Дирижабль идёт прежним курсом и совершает свой обычный маршрут. До тех пор, пока я не решу, что делать дальше. Вы, сэр, всё так же сидите в своём замечательном кресле и управляете кораблём. Прекрасный, кстати, вид отрывается отсюда… Ничуть не хуже, чем с верхней палубы… Так вот, продолжим. Ты, мой не в меру любопытный и наблюдательный друг, будешь сидеть тише воды ниже травы. А вы, сэр, если не ошибаюсь, второй пилот, телеграфируете в город одно сообщение.

Лицо капитан пошло пятнами. На шее забилась яростная жилка. Он так глянул на террориста, что тот отсалютовал ему оружием.

– Вы мне нравитесь, кэп. Дьявол, да вы мне все нравитесь. Я почти люблю вас, ребята. Но не надо играть со мной в гляделки. Револьвер заряжен, и я, не раздумывая превращу вас всех в решето. Уверяю, стрелять я умею, а в таком ограниченном пространстве не промахнусь.