Вербовщик

Но кому звонить? Своему непосредственному куратору в ФСБ? Тема, увы, весьма деликатная. Как бы не нарваться на грубость с понижением в должности и звании.

К счастью, как у всякого серьезного руководителя, у полковника были личные связи в различных структурах. Поэтому, поколебавшись минуту, Звонцов мысленно выстроил диалог и решительно набрал номер. Человек, которому он звонил, занимал достаточно высокий пост в госбезопасности, а во время совместной работы (довелось как-то контактировать по делу о маньяке-педофиле) проявил себя, как порядочный руководитель.

То есть вину на подчиненных не сваливал, а победы не приписывал себе одному.

– Павел Николаевич, – сказал Бубенцов, когда трубку сняли. – Где вы сегодня обедаете?

– Хм… – удивился представитель федеральной службы. – Настолько серьезно?

– Да. Не телефонный разговор.

– Хорошо. Через два часа в кафе на «Полянке».

Кафе, названное Павлом Ивановичем, располагалось в небольшом скверике и имело обширную террасу, заставленную столиками.

Обедать здесь, на свежем воздухе, в окружении клумб и цветущих петуний было приятно. Но сегодня полковник нервничал, и прелести общепитовского дизайна не могли улучшить его настроения. Он заказал чашку кофе и принялся ждать.

Представитель госбезопасности, как и обещал, появился точно в назначенное время. Он вообще был человеком пунктуальным.

Поздоровались.

– Итак? – сказал вызванный гость, отпустив официанта с заказом.

– Даже не знаю, как начать, – посетовал полковник, потеребив ложечку, лежащую на блюдце.

Потом поднял взгляд на собеседника и спросил: – Вы помните про такую организацию, как «Аненербе»?

– Ого! – представитель госбезопасности удивился.

– Мда… – Бубенцов откинулся на спинку стула. – Буквально до сегодняшнего дня я тоже полагал, что деятельность этой структуры прекращена по решению трибунала в Нюрнберге. Но, как выяснилось, некоторые бывшие сотрудники «Аненербе» продолжили свою деятельность и после 1946 года. Причем, в нашей стране.

– А вот это уже интересно, – откликнулся гость. То, что ряд высокопоставленных эсэсовцев, входивших в нацистскую организацию, были оправданы на суде и проходили по делу, как свидетели, он знал. Но соваться в Россию?

– Короче говоря, – продолжил полицейский полковник, – появился на территории нашего отделения некий загадочный гражданин. Что характерно – без документов. И с очень необычными свойствами.

– Так, – поощрил к дальнейшему рассказу приглашенный.