Черная вдова

– У меня не было возможности спросить самому, – сказал он, – но я очень удивлен тем, что вскрытие проводит не доктор Фолстом.

Карстиан покачал головой, раскладывая на столе операционные приборы.

– Она этим больше не занимается.

Его ответ удивил Бролена. Сидни Фолстом знала Ларри и, учитывая сложившиеся обстоятельства, должна была заняться этим делом лично.

– Я не знал. Она что, теперь только бумажки перебирает?

– Возможно, – отрезал Карстиан. – Итак, начнем.

Он подал ассистенту знак внести тело.

Когда в зале показалась тележка, Трэн Сийог отступил назад. Теперь под яркими лучами прожекторов лежал белый мешок.

Карстиан посмотрел на представителя Агентства по охране окружающей среды.

– С вами все в порядке, мистер Сийог?

– Да, разумеется, – ответил тот слишком поспешно. – Просто… Все выглядит несколько грубо, я не ожидал.

Судмедэксперт поднял бровь и, тихо вздохнув, повернулся к трупу.

– Я думал, что мертвецов кладут в черные пакеты, чтобы крови не было видно, – заметил Сийог.

Карстиан покачал головой.

– Так было раньше. Теперь трупы кладут в белые мешки, чтобы исключить вероятность того, что в мешке останется какая-нибудь важная деталь. Так мы можем увидеть мельчайший волосок или фрагмент кожи.

Трэн Сийог согласился с таким видом, будто это были самые важные сведения, полученные им за всю жизнь. Едва судмедэксперт собрался открыть мешок, как Сийог воскликнул:

– Я буду в соседней комнате! Тут жуть как холодно! Это нормально?

Бролен усмехнулся, а Карстиан устало ответил:

– Вы находитесь в зале, который обычно служит для хранения трупов.

Температура здесь составляет четыре градуса по Цельсию, что мешает бактериям развиваться в теле и без заморозки. А теперь я буду вам очень признателен, если вы, наконец, позволите мне приступить к работе.

Осознав, что его страх заметили все, Сийог помрачнел и, отойдя в сторону, прислонился спиной к стене.

Проворным движением Карстиан раскрыл мешок.

Над его кромкой показались судорожно сжатые пальцы, будто смерть отчаянно старалась за что-нибудь ухватиться.

Когда врач отогнул обе стороны мешка, чтобы освободить тело целиком, Сийог зажал рот рукой. Бролен, хотя и привык к виду мертвого тела, был поражен открывшимся зрелищем.

На лице трупа застыла маска страха. Вопль ужаса.

В свете мощных прожекторов сверкали его зубы. Рот был широко раскрыт и растянут так, что губы превратились в тонкие белые полосы.