Альма-матер

Единое лицо аудитории без всяких индивидуальных черт, смотревшее на него в самом начале, теперь все больше распадалось на отдельные личности, которые он узнавал, с которыми шутил или дискутировал.

Но прав был друг Миша, одно лицо вызывало у Кирилла Эдуардовича особые эмоции. Он старался не смотреть на Аню, но постоянно замечал, что она засмеялась, нахмурилась и стала серьёзной, поднесла кончик ручки к губам. И он испытывал щемящее чувство, которое доставляло давно забытую горьковато-грустную радость.

Иногда они на мгновение встречались взглядами, и тогда по его телу пробегали толпы мурашек, а дыхание сбивалось, и он вынужден был маскировать этот прыжок в пропасть лёгким покашливанием.

– Про архитектурную загадку не забыли? – спросил Кирилл Эдуардович в конце лекции.

– Не забыли! И даже отгадали! – раздались сразу несколько голосов, и её голос прозвучал среди них особой ноткой.

– И в чём же там дело? – теперь он, не отрываясь, смотрел на Анну.

– Давайте я расскажу, – Аня поднялась и заговорила громче обычного, чтобы заглушить остальных. – Мы долго не могли понять, но потом всё-таки догадались. – Она сделала крошечную паузу. – Эти лестничные проёмы разные по ширине!

– Правильно, – подтвердил Кирилл Эдуардович.

– Но это ещё не всё. – Она уперлась руками в парту. – Чтобы эта разница в размерах была не так заметна, архитектор сделал в стенах узкого прохода небольшие полукруглые ниши, которые его как будто расширили и почти стёрли визуальные различия.

– Молодцы! – Кирилл Эдуардович улыбался. – С наблюдательностью у вас всё в порядке!

– Не ожидали? – Аня села на место, но продолжала смотреть на лектора.

– Ну почему же? Мне нравятся серьёзные соперники.

– Но это наше общее открытие, – сказала девушка в круглых очках. – А вы обещали снисхождение на зачёте!

– Я помню!

– А загадайте ещё что-нибудь, – девушка сняла очки, и её глаза сделались совсем маленькими.

– А не надоело?

– Пока нет.

– Или все секреты уже закончились? – спросила Аня, делая вид, что не замечает, как смотрит на неё Вика.

– Нет, конечно, – усмехнулся Кирилл Эдуардович.

На всех этажах зазвенел резкий звонок. Лекция закончилась.

– Не поверите, но несколько десятилетий назад, – Кирилл Эдуардович показывал на изящный фонтан в нише стены главной аудитории, – чаша этого фонтанчика служила мусорной урной.