Красная горка

– Умер, – снова погрустнел Алексей и, опустив голову, добавил, – вот на этих прям руках, от передоза… – и уставился на свои обращенные к лицу ладони.

– Да, брат! Жизнь тебя побила! – вздохнул Синицын. – Ну ничего, держись меня, делай все правильно, и глядишь станешь полноценным членом общества, может и пользу какую стране своей принесешь. В армии то служил?

– Служил, в артиллерии, начальника возил на «УАЗике».

– Ну раз служил, значит с дисциплиной знаком, вот и вспоминай теперь.

Павел давно уже остановил машину неподалеку от того домика, где «принимал» Шпунтика, просто разговор затянулся, и Синицын даже немного растерялся, не зная, что же делать дальше.

Слишком много новостей за последние полчаса.

– Так, ладно, – собравшись, начал давать указания своему подопечному московский детектив, – начинаешь с тех соседок, кому помогал, расспросишь все про суицидников да про стройку. К Самвелу своему не вздумай даже носа совать, он, кстати, где работает?

– Не помню я, то ли на «Камазе», то ли на стройке где-то, он так часто работу меняет, что не угонишься за ним.

– Как ты что ли? – решил подшутить над бедолагой Павел.

– Ну типа того.

– Понятно, короче к этому типу ни ногой! У тебя ключи то есть от дома бабки?

– Да, конечно, – не придавая значения вопросу, ответил Леха.

– А ну, дай мне, зайду, проверю все ли там в порядке, а то может и этот уже «крякнул».

Алексей достал ключи, отстегнул от связки тот, что от домика, и без всякого интереса передал следователю.

Его мало заботило, что в его доме будет делать этот, он даже не запомнил, как зовут следователя. Его полностью поглотили мысли о будущем. Парень решил во что бы то ни стало изменить свою судьбу и доказать этому мажору на «Прадике», а в первую очередь самому себе, что он способен и покруче стать.

Не видя никаких препятствий со стороны Шпунтика, Синицын достал кошелек, вытащил оттуда пятьсот рублей и протянул парню.

– На вот, сигарет купишь, попить, поесть, ты ведь теперь вроде как на меня работаешь.

Не голодным же тебе ходить, так ты мне пользы мало принесешь. Так до скольки говоришь, дружок твой работает?

– Не знаю, он обычно часов в восемь или девять звонит. Иногда позже.

– Ладно, все, иди, номер телефона я твой записал. Сейчас одиннадцать утра, в шесть вечера будь дома, я заеду, проверю. Понял?

– Понял.

– И смотри у меня, подведешь – посажу!

– Да понял я, понял. В шесть вечера включу телефон да позвоню.

– Ну все, давай.