Заблудшие

Но природа издевалась над несчастной семьей.

– Зассанец! – послышалось где-то за спиной, – ты что, старуху- то, трахал что ли? Ах ты, извращенец, ну погоди, найдем мы тебя! – кричали трое обезумевших людей. Сергей оглянулся, но никого не увидел.

– Они думают, что я один, – сказал он жене, – на поле мы как на открытой ладони, если они найдут дыру в заборе, увидят нас и догонят.

– Нет, Сережа, я одна не останусь, – догадалась о намерениях мужа Лена.

– Ты не одна остаешься, Сергей Сергеевич тебя защитит, – попытался отшутиться муж.

– Нет, Сереженька, не ходи! – простонала Елена, – не оставляй нас, мне страшно!

– Возьми себя в руки, – Сергей слегка тряхнул жену за плечи, – сейчас совсем не время раскисать! Беги, если сможешь или хотя бы иди, но ни в коем случае не останавливайся, ты меня поняла?

– Поняла, – с отчаянием сказала жена, – возвращайся скорее!

Сергей поцеловал жену, хотел было чмокнуть и сына, но испугался, что тот проснется и заплачет, погладил только новорожденного своей теплой рукой и слегка подтолкнул жену вперед, в сторону леса.

Елена поковыляла по полю, мечтая сейчас только об одном – не упасть, не разбудить сынишку, позволить мужу увести этих чудовищ подальше от нее и от Сергея Сергеевича… «Главное – не останавливайся!» – повторяла она в своей голове слова мужа, – «и не оглядывайся!»…

– Эй, зассанец, не будь трусом, выходи! – послышалось позади Елены.

– Я здесь! – услышала девушка голос мужа, тоже позади, но немного правее, ближе к коровнику. Сергей специально пошел на свет фонаря, чтобы его было видно. Чтобы эти трое подошли к нему как можно ближе, чтобы вышли на свет. Тогда под светом фонаря они ни за что не увидят, как по полю пробирается его жена, держа в руках младенца.

– Я здесь, у коровника, чего хотел, старикашка? – Сергей специально провоцировал бледноглазых безумцев, отвлекая все их внимание на себя.

– А, вот ты где! – услышал Сергей совсем близко, – ну иди сюда, поговорим!

– Тебе надо ты и иди, – дерзко ответил мужчина. Он не боялся этих людей, если их можно было назвать людьми.

– Все идите сюда, сколько вас там, трое?

– Трое, не трое, а тебе хватит! – сказал старший, выплывая из тьмы. Его нос был перекошен, все лицо покрывала засохшая кровь, только две тоненькие бурые струйки сочились из ноздрей, поблескивая в свете фонаря над коровником.