Железные нервы снайпера

Поэтому, когда городской телефон наконец зазвонил, Атгериев подскочил к нему с поспешностью, вовсе не характерной для чеченца.

– Алло!

– Это я!.. – со вздохом произнес собеседник. – Только освободился…

– Я так и думал, – сказал Лечи, посмотрев на часы.

Как и любой чеченец, он считал ниже своего достоинства выказывать беспокойство. Выражение «делать хорошую мину при плохой игре» словно бы придумано специально о чеченцах. У них это в крови.

Собеседник Лечи был прибалтом.

– У нас сегодня был представитель управления по борьбе с терроризмом… соседней страны! Целью визита было добиться нашей помощи в розыске э-э… того самого человека!

Хоть линия и была защищенной, но это не исключало возможности записи разговора на другой стороне. Именно поэтому в формулировках собеседник Лечи и был предельно осторожен.

– Какого человека? – уточнил Лечи.

– Того, о котором ты наводил справки…

– Так! – встревожился Лечи. – У них на не…го есть что-то конкретное?

– Нет. Если бы они располагали конкретными сведениями, то обратились бы не к нам, а сразу передали бы обвинительные материалы прокуратуре, для возбуждения дела.

– Ну, тогда я не вижу проблем… – сказал Лечи и вдруг спохватился: – Или вы, в смысле ваше правительство, пообещали помочь ру… в смысле соседям?

– Нет, конечно. Наше правительство в этом вопросе твердо придерживается принципов.

Собеседник недвусмысленно напомнил Лечи, кому тот обязан своей свободой. Для настоящего чеченца это было оскорбительно, но Атгериев, когда нужно, научился не замечать подобных обид. Поэтому он и был до сих пор жив…

– Я понимаю, – выдавил из себя он.

– Это хорошо. Потому что ни мне, ни нашему правительству лишних проблем не нужно! Я имею в виду, что ты ведь не зря интересовался этим человеком, а с какой-то определенной целью… Так?

– И что?

– А то, что, если по ходу достижения твоей цели этот человек попадет в руки наших соседей, это вызовет международный скандал! Я ясно выражаюсь?

– Да.