В прицеле – Олимпиада

– А меня ты можешь пропустить? Я ведь тоже новый сотрудник.

– Насчет вас имеется указание, а насчет него – никак нет. А тут сами видите, какой бардак творится...

– Да уж вижу. Картина маслом: «Пожар в публичном доме», – Седой тяжело вздохнул и взглядом указал дежурному на Поручика: – И куда ему теперь деваться? Обратно ехать?

– Зачем же обратно? Вон глядите, – старший прапорщик указал приехавшим на приземистое строение, расположенное в стороне от штабного здания. – Вон там у нас спортзал. Кому делать нечего, все в спортзале ошиваются.

Седой еле заметно кивнул. Поручик пожал плечами и послушно погнал свой «Субурбан» в указанном направлении. Седой подъехал к главному штабному зданию, оставил тут машину и направился в двери. У него еще раз проверили документы, и он вошел внутрь. На дверях не было никаких вывесок, только внутри приемной, возле окошка дежурного по штабу, можно было разглядеть маленькую скромную табличку с надписью: «Главное управление федеральной антитеррористической разведывательно-оперативной службы.

Седой поднялся на лифте на второй этаж. Здесь он подошел к вешалке и скинул легкий плащ, под которым оказался черный морской китель с двумя вице-адмиральскими звездами на погоне. За вешалкой громоздился преогромный стол с породистым адъютантом. Адъютант в чине полковника охранял обшитую кожей дверь с бронзовой табличкой.

На табличке значилось: «Начальник Главного управления ФАРОС генерал-полковник Ковригов».

При появлении из-под плаща адмиральских погон адъютант вскочил и щелкнул каблуками.

– Как прикажете доложить?

Седой вице-адмирал пожал плечами:

– Зачем же докладывать? Просто скажи Дорофеичу, что Старостин прибыл.

Подобное предложение пришпорило адъютанта посильнее окрика. Он молнией исчез за дверью и почти так же стремительно появился вновь:

– Пройдите, вас ждут!

Лицо его сияло так, будто это лично он с немалым трудом добился приема для вице-адмирала. Седой вошел в кабинет:

– Здорово, Матвей Дорофеич! Разрешишь войти?

Хозяин кабинета, высокий и широкоплечий генерал-полковник, широко улыбнулся:

– Заходи, дорогой! Ну, здравствуй, Илья Григорьевич.

Вице-адмирал Старостин хлопнул его по плечу:

– Ладно, обойдемся без коньяка. Разве ж я не понимаю? У вас тут прямо война. А на войне водку полагается пить. Сто грамм наркомовских – укради, но выпей.