В прицеле – Олимпиада

Сказать тебе, как он умирал?

– Не... не надо.

Старостин прищурился, разглядывая коллегу:

– Ладно, проехали, как говорят мои орлы. Нам с тобой все-таки работать вместе. Но больше так не делай. Обещаешь? Хорошо. С ментами вопросы сам утрясешь. А пистолетик мой верни!

Бормышев растерянно зашарил в карманах, достал пистолет Старостина и протянул ему. Тот убрал оружие в кобуру.

– И вот что – передай брату, что мне с ним надо встретиться.

– А вы с ним знакомы? – совсем оробел генерал-майор.

Старостин впервые услышал фамилию братьев пять минут назад, но вел себя так, будто давно следил за ними.

– Знакомы? Много чести. Но, думаю, он обо мне слышал. Так не забудь, это надо сделать побыстрее.

Бормышев кивнул и полез в карман за трубкой мобильника. Старостин одернул его:

– Да не по телефону, это я и сам мог бы сделать. А сейчас иди искать премьер-министра. Куда он тут мог подеваться?

Бормышев обескураженно развел руками:

– Ума не приложу. Въехал на территорию спецобъекта – и исчез.

Старостин нахмурился:

– Бред какой-то! На территории спецобъекта невозможно исчезнуть! Ладно, пошли, поищем вместе.

Они вышли на крыльцо штаба. Суета и неразбериха, царившие до этого в «санатории», превратились в броуновское движение. Ковригов пытался руководить этим движением, а заодно и поисковыми мероприятиями. Он отправлял людей прочесывать самые отдаленные участки обширной территории спецобъекта. Два отделения из батальона охраны с полным боекомплектом вышли за ворота, чтобы обойти спецобъект по периметру с разных сторон.

– Не постреляли бы друг друга, – забеспокоился Старостин.

– Это они запросто, – процедил Ковригов.

И послал третью группу. Проконтролировать.

– Теперь точно постреляют, – сокрушенно вздохнул Старостин и спросил: – А на чем обычно премьер к вам приезжает?

Генерал-полковник не сразу отвлекся от черных мыслей.

– А? На чем приезжает? Да когда как. У нас же объект секретный, поэтому со всем кортежем сюда не сунешься.

– Считаешь, он обрадуется? Нет, думаю, докладывать пока рановато.

Вице-адмирал прокручивал в голове самые различные варианты происшествия – от дезинформации до террористического акта. То, что дорожное нападение, которое вызвало утреннюю панику, оказалось нелепой выходкой самонадеянного идиота, еще ни о чем не говорило.