Трафик по-русски

Бомж замер со вскинутым тесаком, удивленно крякнул и дважды чихнул. За этот короткий миг Веня вскочил сам и рывком поднял на ноги Билла. Глаза Петра во время песочной атаки не пострадали, и он тут же завопил, размазав по небритой щеке соплю:

– Стоять, падлы! Апчхи!

Погоня возобновилась. Лучше всего Вене с Биллом было бы, конечно, разделиться, но Веня боялся рисковать. И волочил американца за собой. А за ними, то и дело чихая, гнался Петро.

Таким макаром они сделали по полянке круг и приблизились к застрявшей в кустах бомжихе.

Она как раз выползла назад и нашарила выпавшее древко.

– Вот черт! – переменился в лице Веня.

А бомжиха уже устремилась им с американцем наперерез. Щуп при этом она держала словно копье – чтобы не повторить прошлой ошибки. Веня вдруг понял, что его благородство вылезет кому-то из них с Биллом боком. И крикнул:

– Разбегаемся!

Едва ли Билл понял Веню, но тут кусты позади бомжихи затрещали и на поляну выскочил Локтев. Он был великолепен. Мгновенно оценив ситуацию, Сергей завопил дурным голосом:

– На фуй всех замочу! На землю, падлы!

От локтевского вопля даже у Вени мороз по коже прошел.

Бомжи и подавно растерялись. Этой секундной заминки Сергею хватило, чтобы подскочить к бомжихе. Та развернулась и сделала слабую попытку угодить щупом противнику в глаз.

Но с Локтевым такие фокусы не проходили. Да и излишним благородством он не страдал. Левой рукой Сергей перехватил древко чуть пониже щупа и тут же ткнул основанием левой ладони бомжихе в челюсть.

От этого тычка женщина, словно цирковая артистка, сделала полное сальто назад и приземлилась на свою многострадальную задницу.

Локтев же перехватил древко поудобнее и устремился вперед с воплем:

– А ну разойдись на хрен!

На этот раз Билл понял команду даже без перевода. Они с Веней синхронно рванули в разные стороны, освобождая Локтеву оперативный простор.

– Нож на землю! Мордой в пол! Руки за спину! – проорал на ходу Локтев.

Делал он это чисто по привычке, чтобы деморализовать противника.

И Петро дрогнул. Замахав тесаком как глухонемой, он попятился и завизжал:

– Не подходи! Не подходи!

Тут на него и налетел Локтев. Все произошло почти как на Куликовом поле у Пересвета с Челубеем. Дружно грянули мечи, посыпались щепки и искры.

За несколько секунд отчаянной рубки противники нанесли друг другу где-то по полусотне ударов. Черенок лопаты и тесак замелькали в воздухе как сумасшедшие.