Тень легионера

За это время убойных композиций прозвучало уже вполне достаточно, чтобы безымянный речной пароход, если бы собирался, утонул.

Так что плавучесть клуба «Флинт» сомнений не вызывала. А вот с Грабко ситуация оставалась по-прежнему туманной. Николай Соколов посмотрел на часы, потом повернулся к Виктору и крикнул:

– Скоро двенадцать!

– Я в курсе! – тоже крикнул в ответ Виктор.

Музыка звучала так громко, что услышать их никто не мог, даже на соседних диванах.

– Так прозвонись!

– Что толку? – пожал плечами Виктор.

Соколов состроил гримасу, выражая таким образом свое отношение к организации. После этого он хлебнул из бокала джина с тоником и поднялся. Виктор подобрал ноги, пропуская Николая. Тот двинулся к танцполу.

Дмитрий Шургин отплясывал там с какими-то бизнесвумен. Дискотека в смысле возраста посетителей была очень демократичной. Молодежи до двадцати пяти лет было примерно двадцать пять – тридцать процентов. Основная публика состояла из людей тридцати – сорока пяти лет.

В этом винегрете Логинов с Шургиным и Соколовым смотрелись абсолютно естественно, абсолютно ничем не выделяясь. Виктор потянулся к стакану с соком манго и отхлебнул немного. Он, как и накануне, не пил спиртного, хотя это было и не принципиально. Принципиально было то, что Игорь Грабко исчез в торгово-развлекательном центре около четырех часов назад. Возможно, унеся с собой навсегда так и не выясненную тайну непонятного заговора…

– У вас прикурить можно? – услышал Виктор над ухом.

Одновременно он ощутил запах дорогого парфюма.

– Да, пожалуйста! – крикнул Виктор, беря со стола зажигалку.

Девушка с соседнего дивана грациозно перегнулась через спинку.

Прикурив, она кивнула, после чего спросила, естественно, криком:

– А вы почему не танцуете?

– Я пою!

– Что? – подалась к Виктору девушка, так что он снова ощутил ее запах.

Виктор, решив, что изощренно шутить при такой слышимости не стоит, перефразировал ответ:

– С духом собираюсь!

– Я тоже, – кивнула девушка, – как соберетесь, дайте знать!

– Хорошо! – кивнул Виктор.

Несмотря на то что он сидел к девушке спиной, он ее давно срисовал и классифицировал. Это была чисто профессиональная привычка. Девушка была повыше среднего роста, черноволосая, подруги звали ее Оксаной. Возраст – около двадцати восьми – двадцати девяти лет.