Принцип домино

Уже в следующий миг автомат выпал из рук охранника на асфальт, а следом рухнул на землю и он сам. Из-за домика выскочил бородатый чеченец и в несколько прыжков оказался рядом.

Охранник был еще жив. Его руки судорожно скребли асфальт, не в силах дотянуться до автомата. Чеченец быстро выдернул нож из спины охранника, задрал его голову и одним привычным движением перерезал горло от уха до уха.

– Парядок, Ваха! – крикнул чеченец, повернув бородатое лицо к воротам.

Ваха подался вперед, заглянул во двор и кивнул Аслану:

– Мигни фарами! Пусть едут!

Глава 4

Достав из холодильника бутылку коньяка, Агеев посмотрел на часы и сказал Косте:

– Чертов отход! Даже поговорить толком не успели.

Ну да ладно. Мы завтра к обеду должны вернуться, я как раз сменюсь, тогда и посидим по-человечески. Подходи сюда к часу, сможешь?

– К часу? – тупо спросил Кудинов.

Оказавшись на пароходе, он то ли резко опьянел, то ли просто замкнулся в себе, но доходило до него все как-то туго.

Происходящее с Костей все меньше и меньше нравилось Агееву, однако разбираться в этом времени не было.

– Да, – кивнул Агеев. – К часу. Пока сдам вахту, туда-сюда… Сможешь?

– Ага, – проговорил Костя, глядя куда-то в угол. – Смогу.

– Договорились.

Быстро наполнив рюмки, Агеев начал закручивать пробку. Тут в углу небольшой каюты зазвонил телефон.

– Третий помощник, слушаю! – проговорил Агеев в трубку. – Есть!.. Костя, – оглянулся Агеев, – я к кэпу, сейчас вернусь.

– Ага, – кивнул Кудинов, по-прежнему глядя в угол и сжимая в кулаке рюмку.

– Я сейчас, – повторил в дверях Агеев, но на этот раз Костя ему не ответил.

Повернув в конце коридора к трапу, Агеев поднялся на верхнюю палубу к каюте капитана, коротко постучался и вошел. Капитан, на морском жаргоне – мастер, был не один, а со старпомом – чифом. Экипаж на каботажный «Рассвет» собрали разношерстный: кто-то, вроде разжалованного из капитанов чифа, отбывал здесь ссылку за былые грехи, а кто-то, вроде Агеева, дожидался своего судна.

Несмотря на это, все офицеры являлись первоклассными профессионалами, а работа на «Рассвете» была для них одним удовольствием. Вот и сейчас мастер с чифом «пропускали по маленькой».

– Агеев! – оглянулся мастер с микроскопической рюмкой в руке.

– Я!

– Иван Николаевич просится в отгул. Уважим человека?

– А то! – пожал плечами Агееев, с ухмылкой глядя на чифа.