Поваляем дурака, Америка?

Тот, видимо, выйдя через другую дверь, заметно обогнал Джека и вскоре нырнул в стоявший по левую сторону джип «Линкольн Навигатор».

Джек Мейер порядком взмок. Несмотря на то, что он снял свою куртку и нес ее на руке, ямайский климат с непривычки напоминал русскую баню. Подойдя к джипу, Джек заглянул внутрь салона. Столкнувшийся с ним тип сидел за рулем, больше внутри никого вроде не было. Джек шагнул к дверце и, взявшись за ручку, распахнул ее.

– Чемодан лучше кинь назад, Джек, – улыбнулся черноволосый тип.

 – И куртку тоже. Меня зовут Рик Винер. Я заместитель Стива…

Джек хотел было открыть заднюю дверцу, но джип был довольно просторным, и Рик, быстро забрав у него чемодан, просунул его между креслами на заднее сиденье. Джек забрался в пассажирское кресло и швырнул следом свою куртку. Рик одобрительно кивнул и тронул «Навигатор» с места.

– Ну и жара, – проговорил Мейер, отдуваясь.

– И не говори, – кивнул Рик, – а я тут третий год загораю… Ничего, сейчас климат-контроль охладит.

– Что у вас за дела, парни? – спросил Мейер, выудив из кармана носовой платок и отирая лицо. – На Ямайке случилась революция и ЦРУ теперь вне закона?

– С чего ты взял, Джек?

– Да с этих твоих маневров, – кивнул Мейер на терминал.

– Так мне патрон сказал, что из Лэнгли приказали соблюдать крайнюю осторожность… – растерянно проговорил Рик. – А что, не надо было?

– Я официально прилетел в отпуск, чтобы порыбачить, – пожал плечами Мейер. – Так что ничего в том, что меня встретил кто-то из сослуживцев, нет.

– Наверное, в Лэнгли что-то перепутали, – пожал плечами Рик. – Или патрон не так понял. Он тут вообще трубит четвертый год. А в этом климате мозги просто высыхают…

22

Венесуэла, Пуэрто-Аякучо, управление тайной полиции DISIP (ЦКО)

В приемной начальника управления DISIP приглушенно шумел кондиционер и громко стрекотала электрическая пишущая машинка. Секретарша почему-то предпочитала пользоваться ею, хотя на ее столе стоял компьютер.

Пальцы девушки с удивительной быстротой летали по клавиатуре, ее высокая грудь при этом вибрировала. Зрелище было настолько захватывающим, что даже Игнатович временно передумал умирать и невольно подался к Виктору, вытянув при этом голову, чтобы оценить другие прелести секретарши, скрытые столом.

– У вас что, «стокгольмский» синдром, Фадей Трофимович? – хмыкнул Логинов.

– Что?.. – быстро посмотрел на него Игнатович.