Крутой и два баклана

– Варежку закрой! – услышал Андрей насмешливый Володькин голос.

– А? – хрипло выдавил из себя Воробей.

Он по-прежнему смотрел на девушку и, похоже, с трудом соображал, где он и что происходит.

– У тебя челюсть до земли висела, – хмыкнул Усач, присаживаясь. – Знакомая, что ли?

– Кто?

– «Герла», на которую ты таращишься.

– Нет, – покачал головой Андрей, наконец отвернувшись от девушки. – Первый раз вижу.

– Понятно, – кивнул Володька, разливая по пластиковым стаканчикам шампанское. – Пригласить?

– Кого? – испуганно спросил Андрей.

– Ее, конечно. А че тут такого? – пожал плечами Усач. – Это мы мигом…

– Не надо! – вцепившись в руку Володьки, вскрикнул Андрей так, что девушка оглянулась.

Под ее взглядом Воробей буквально растаял, хватка сразу ослабла. Володька застыл в нерешительности, белобрысая снова улыбнулась Андрею и отвернулась. Володька перевел взгляд с нее на Воробья и спросил:

– Так подкатиться к ней или как?

– Не надо, – повторил Андрей. – Не сейчас… Позже… Я должен подготовиться.

– Ты, Воробей, как придурок, честно, – вздохнул Володька. – Пока ты будешь готовиться, ее сто раз снимут… Ладно, дело твое. Давай выпьем, что ли.

– Давай, – рассеянно кивнул Андрей.

Чокнувшись, они пригубили шампанское. Володька поболтал искрящийся напиток в стаканчике и сказал:

– Если завтра все получится, я через пару месяцев свой приемный пункт открою.

– Что? – рассеянно спросил Андрей.

– Говорю, свой приемный пункт открою. Микросхемы дело, конечно, хорошее, но надолго их с такими темпами не хватит.

Не слушая Володьку, Андрей продолжал таращиться на девушку. Она сидела вполоборота, и ее курносый профиль в зеленоватом свете фонаря казался ему самым прекрасным в мире, хотя на самом деле это, конечно, было далеко не так.

Девушка вроде кого-то поджидала, поглядывая на вход. Андрей неотрывно смотрел на нее, а Володька со знанием дела излагал неизвестно кому положение дел на рынке вторсырья.

Тем временем от Октябрьской к кафе подкатила серая «десятка». Дверцы ее распахнулись, и наружу с пьяным гоготом вылезли два типа бандитской наружности. Обоим было лет по двадцать, но габаритами они не поражали. Несмотря на ранний час, парни были уже порядком на взводе.

– Мы сейчас, Боб-ер! – икнул один из них перед тем, как захлопнуть дверцу.

В салоне «десятки» гремела музыка, и ответа сидящего за рулем водителя никто не расслышал.