Игрушка из Хиросимы

На выходе к морю их прижали к земле плотным огнем. Видать, живыми брать решили, освободители Сирии хреновы. Боеприпасов уйма – пали в белый свет, как в копеечку, янки еще подбросят. Налево и направо путь отрезан, по пляжу далеко не убежишь. За спиной море солнечными зайчиками бликует, как на картинке, но туда тоже при дневном свете не сунешься. Прямо перед тремя обгоревшими носами дюна песчаная, потом еще такая, еще и еще. За дюнами целая орда повстанцев с армейскими вездеходами и пулеметами.

Вслух Бондарев произнес совсем другие слова, которых от него, как от командира, и ждали. Мол, до темноты продержимся, а там лодка подоспеет. Раз обещали мореманы в этом квадрате быть к четырем утра, то непременно будут. Выходит, каких-то двенадцать часов осталось.

– Ага, – согласился Осьминог.

– Может?.. – Не договорив, Михась выразительно приложил указательный палец к виску.

– Если опасаешься в штаны наложить, то разрешаю, – презрительно бросил Бондарев и демонстративно отвернулся. – А лично я еще повоюю.

Бойцы переглянулись. Михась посопел неодобрительно, поудобнее располагаясь с автоматом, а потом обронил:

– Про штаны вы это зря, товарищ майор.

В этом он был прав. Восьмое, то есть диверсионное, подразделение Главного разведывательного управления Генштаба Вооруженных сил Российской Федерации считалось элитным. Вот почему командование решило, что группы из семи человек для выполнения задания хватит, и они, кстати говоря, это задание выполнили.

А было оно не самое простое… хотя и не самое сложное в послужном списке майора спецназа Константина Бондарева.

Ему и его бойцам было приказано скрытно проникнуть в окрестности городка Латакия на средиземноморском побережье Сирии. Соединенные Штаты Америки и Евросоюз уже прислали туда орды дрессированных репортеров, готовых распространить информацию о том, что сторонники законного президента в очередной раз применили химическое оружие. Роль этих сторонников должны были сыграть боевики-повстанцы, переодетые в сирийскую форму.