Генерал Смерть

А потом мы могли бы совершить с ним лечебный моцион к Финскому заливу и даже воспользоваться трассой терренкура. Не сомневаюсь, что такие нагрузки входят в обширный список лечебных процедур моего друга.

Дежурная администраторша на секунду замялась, сраженная напором и осведомленностью симпатичного и представительного молодого человека. А между тем в руке у Вадима, совершенно непонятно откуда, вдруг возникла изумительная по красоте большая ярко-красная роза.

– Этот благородный цветок просто просится в ваши заботливые руки! Поверьте, он так украсит строгий порядок вашего рабочего стола.

– У меня профессиональная память, – гордо возвестила «милая девушка», благожелательно принимая цветок и поднося его к своему длинному тонкому носу. – Его разместили на третьем этаже. Палата рассчитана на двоих человек, но соседа у него пока нет.

Она набрала короткий внутренний номер на допотопном служебном телефоне. На том конце, однако, трубку никто не поднимал. Тогда администраторша достала из выдвижного ящика письменного стола толстую «Книгу учета процедур» и довольно быстро отыскала в ней нужную строку.

– Вот, пожалуйста: ваш приятель сейчас находится в тренажерном зале. Занятия их группы заканчиваются через... 25 минут.

– Изумительно! – восторженно отозвался Вадим. – Какой образцовый порядок в документации! На это способны лишь глубоко преданные своему делу сотрудники, имеющие такие.

Аракчеев молниеносно подхватил увесистую длань «милой девушки» и запечатлел легкий воздушный поцелуй на кончиках ее наманикюренных пальцев. Узкие губы администраторши сложились в одобрительную улыбку.

– Можете подождать вашего друга на скамеечке, – милостиво разрешила она.

– Всенепременно!

Вадим с признательным поклоном коснулся правой ладонью своей груди, отступил на пару шагов и, развернувшись, вышел на улицу через стеклянную входную дверь.

Проследив взглядом за скрывающимся за углом здания мужчиной, дама за стойкой быстро вновь сняла трубку служебного телефона. После короткого разговора она, уже неторопливо, отыскала где-то в недрах обшарпанной тумбочки запыленную стеклянную банку и, водрузив в нее прекрасный цветок, величественно направилась вдоль коридора к незаметной двери с надписью «Служебное помещение».