Научиться любить

Ею клялись и ей поклонялись. Не было в этом мире ничего, что вызывало бы такой трепет у любого существа, будь то человек или орк, который впервые в своей жизни видел ее неугомонные воды.

Они бурлили как кипяток. Бились о берег, иногда отрывая от него целые куски, и убегали прочь. Ничто не могло остановить ее бурное движение и едва только караван подошел к ней, как орки, сложив свое оружие на землю, упали на колени и поклонились ей, заставив тоже самое сделать и женщину.

– Почтение, – сказал Шахгар.

Страх и трепет, вот как можно было описать все то, что увидела Лориэль в эту секунду.

Переходить на другой берег пришлось по старому каменному мосту. Скрепленный с обеих сторон четырьмя большими фаллическими колоннами, мост напоминал древний портал в иные измерения, о которых Лориэль так часто слышала из разговоров придворной знати.

Но все это на деле оказалось лишь сказкой. Ступая на каменную кладку босыми ногами, она всем телом ощущала тот мертвый холод, что царил в пустыне. Караван медленно переходил через мост.

Когда же половина пути оказалась пройдена и Лориэль подошла к краю, чтобы посмотреть на реку, то не поверила своими глазами, потому как та имела чистые, полные и глубокие воды. Они буквально кишели рыбой, являлись одним из самых доступных источников еды и воды, которым можно было воспользоваться в этом богом проклятом и забытом месте.

На другом берегу земля стала тверже. Под ногами скрипел жёсткий песок, он забивался в глаза, а ветер, озорно носившийся в этом месте и закручивавшийся в небольшие завихрения, безжалостно резал ее открытое тело.

– Там наш старый дом, – Шахгар вытянул руку и указал куда-то за горизонт.

Но как не силилась девушка увидеть хоть что-то, ее взгляд все равно падал на безжизненные земли, где не было и не могло быть ничего живого. Пустыня. Мертвая. Опасная. Вот, что она видела слезящимися глазами.

Караван не останавливался. Орки двинулись вперед с новой силой, подгоняя девушку и мулов криками, стараясь поскорее добраться до назначенного места.

Силы Лориэль были на исходе. Каждый шаг был подобен подвигу и, сжав зубы, терпя все лишения, стараясь не обращать внимания на кровавые следы на песке, оставленные ее разодранными ногами, она шла вперед несмотря ни на что.

Солнце уже стояло в зените. Холод, терзавший ее все это время с самого утра, теперь сменился невыносимой жарой. Нижнее бельё стало мокрыми от выступившего на теле пота. Ноги зудели. Волосы растрепались и превратились в высохшие прутья.