Чемоданчик для Бен Ладена

Причем интересуешь их не столько ты, сколько твои вещи.

– Мои вещи?

– А что же еще, Дуб? Вчера утром у тебя с собой, если мне не изменяет память, была большая дорожная сумка и «дипломат», так?

– Ну да, вообще-то…

– А сейчас у тебя нет ни того, ни другого, так?

– Так.

– Получается, что сперва эти люди умыкнули в дизеле твою сумку. Однако того, что им было нужно, в ней не оказалось. На Вересаевской они продолжали за нами следить, но мы в самый последний момент заскочили в московский поезд и оставили их с носом.

Тогда они догнали поезд в Черном Яре, сели в него и разыграли целый спектакль, чтобы подменить твой чемоданчик.

– Ты думаешь? – испуганно посмотрел на Макса Дуб.

– Да думать нужно тебе. Что в твоих вещах могло быть такого, а, Дуб?

– Да ничего вроде…

– Тогда приходится признать, что эти люди потратили кучу времени и денег только для того, чтобы подшутить над тобой, Дуб. Правда смешно?

– Ни капельки, – покачал головой Дуб.

– Я тоже так думаю, – согласился Макс. – Это похоже на бред, но другого объяснения я не нахожу.

Короче, Дуб, я хочу спать. А ты напряги пока свои извилины и все-таки попытайся вспомнить, что такого выдающегося могло быть в твоих шмотках…

Вскоре Макс действительно задремал в вагоне, сидевшему же рядом с ним Олегу было не до сна. Он в десятый раз вспоминал содержимое своей поклажи, но это ни на йоту не приблизило его к разгадке.

Тем временем за окошком рассвело. В вагоне, кроме них, осталось всего пять человек. Дуб как бы невзначай осмотрел каждого из них, но это были типичные сельские жители.

Пожав плечами, Дуб вздохнул и раскрыл «дипломат». Вещей в нем было совсем немного. Три толстые книги по горному делу. Электробритва «Микма» в футляре. Китайское махровое полотенце. В кармашке плюс к этому лежали еще забытые впопыхах пара ручек и юбилейная медаль.

На всякий случай Дуб извлек из футляра и тщательно осмотрел электробритву, а потом повертел в руках медаль.

Сантиметров пяти в диаметре, она представляла собой довольно увесистый кружок из какого-то дешевого сплава.

На одной стороне медали был изображен треугольник с тремя шишками по углам, на другой тускло поблескивала надпись – «ОГК – 50 лет». Художественный уровень исполнения был явно ниже среднего, но дела это не меняло.

А дело выглядело так: кто-то впопыхах вытряхнул из «дипломата» старые вещи и так же впопыхах сунул новые и увесистые – книги и электробритву плюс полотенце, чтобы все это добро не слишком болталось.