Битва за Крым

Включил чайник, повернулся к окну и, сунув руки в карманы, уставился на улицу невидящим взглядом.

В голове назойливой мелодией вертелась фраза из «Маленького принца» насчет того, что мы в ответе за тех, кого приручили. Логинов, конечно, был далеко не маленький принц, да и Клер уподобить розе можно было только с большой натяжкой.

Но все равно Виктор чувствовал себя ответственным за случившееся с проституткой. Даже вне зависимости от того, что она сейчас являлась важнейшим свидетелем, спасение которого превратилось в дело государственной важности.

Отношения кураторов с агентами складываются по-разному. Нередко кураторы презирают своих подопечных и даже ненавидят. И не без оснований – среди армии «барабанщиков» полно личностей, общение с которыми может кого угодно заставить усомниться в самом существовании такого понятия как «человечность». Именно поэтому некоторые кураторы и делали иногда своих агентов разменной монетой в оперативных комбинациях, «сдавая» их с потрохами тем, на кого они «стучали».

Логинов такого категорически не принимал. И не потому, что был белоручкой. Просто он считал, что, если уж на то пошло, куратор должен собственноручно ликвидировать агента-мерзавца, но не предавать его ни при каких обстоятельствах. Иначе он сам автоматически становится мерзавцем.

В этом смысле Логинову импонировал Маркус Вольф – руководитель легендарной «штази», прекратившей свое существование вместе с ГДР. Какими бы неприглядными делами с сегодняшней точки зрения ни занималась «штази» в прошлом, Маркус Вольф доказал, что рыцарь плаща и кинжала может быть человеком чести.

Чтобы узнать имена агентов «штази», германские власти предлагали Маркусу Вольфу миллионы, одновременно гарантируя прекращение уголовного преследования. С другой стороны, Маркус Вольф мог тайно выехать в Россию, где ему было бы предоставлено пожизненное убежище и иммунитет.

Однако убегать он не стал, посчитав это ниже собственного достоинства.

Вольф остался в Германии, где прошел заключение и несколько судебных процессов, но так и не сдал ни одного секрета бывшей «штази». Вот и говори после этого, что коммунистическими спецслужбами Восточной Европы заправляли негодяи…

Чайник закипел и выключился, Виктор повернулся, но потянулся не к чайнику, а к телефону. И позвонил в Управление по борьбе с организованной преступностью ФСБ.

– Слушаю! – пробасил коллега Виктора полковник Чайкин.