Бешеная ставка

И вернувшийся из загранкомандировки Жига заглянул на огонек, чтобы поприсутствовать на своих поминках, а заодно обсудить текущий момент. Это было его право. Как сказал Вагон, у жигуновских теперь были свои дела, а у них – свои.

Во дворе «Ударника» расхаживала пара «быков», так что из туалета Андрей выбрался с максимальными предосторожностями. Уже здесь он решил спрятать фотоаппарат, чтобы жигуновские не истолковали его намерения превратно. «Олимпус» во внутренний карман куртки не поместился. Правильнее было просто выбросить его в яму, но Вагон бы этого не пережил.

По двору бежала собака, от ворот к одному из домов брел какой-то пацан. Все было спокойно. Андрей чинно прошел к покосившейся калитке и нырнул в нее.

Тут его ожидал небольшой сюрприз. Метрах в пяти впереди стоял джип. В джипе сидели два жигуновских «быка». Поджидали они, конечно, не Андрея, просто контролировали периметр. После вчерашнего побоища на кладбище мера предосторожности была не лишней.

Джип стоял чуть сбоку от ворот, задом к железобетонным плитам забора. Едва Андрей показался в калитке, «бык» – водитель повернул голову и окинул его оценивающим взглядом.

Андрей постарался придать своей физиономии скучающий вид и ничем не выдать своего волнения. Фокус удался. «Бык» потаращился на него еще какую-то секунду и начал отворачиваться.

Андрей хотел было уже облегченно вздохнуть, но в этот момент позади разразилась настоящая катастрофа.

– Стой! Стой! – неожиданно настиг его истеричный старушечий вскрик.

«Бык» в джипе снова повернул голову и навострил уши. Андрей остановился и оглянулся. От калитки к нему энергично ковыляла с клюкой бабка – божий одуванчик.

– Стой, гаварю! Атлучилась я, а ты и шастнул, значица! А я сматрю – дверь вродя аткрылась! Три цалковых с тябя – за услуги! – продолжала вопить на ходу старуха.

– Че орешь, мамаша? – миролюбиво спросил Андрей.

– Как – не наш? – едва не задохнулась от возмущения старуха и заорала еще громче:– Гляди какой! Если хошь знать, мой Иннокентий, царство яму нябесное, ентот самый туалет и выкопал в сямидесятом! Гони три цалковых!

Тут до Андрея дошло, что старуха глуха, как пень.

– Сейчас, сейчас! – быстро закивал головой Андрей.