Невыносимый

Затем возник короткий спор о том, следует ли иметь при себе свистки, поскольку в глубоких, узких и извилистых подземельях радиус действия радиостанций оказывался весьма невелик. После острой полемики предложение использовать свистки для подачи разного рода экстренных сигналов было отклонено как лишающее группу всякой скрытности.

После окончания инструктажа бригада в сопровождении Калитина отправилась в подвал, на склад. Знакомый уже седой кладовщик снарядил нас также, как и прежде, только вот складные опоры-штативы, с помощью которых в прошлый раз так ловко оказалась выдернута плита мощения, сейчас не понадобились.

Я получил свою ВСС и десять снаряженных обойм к ней. Некоторое время ушло на распределение полученного груза и проверку работоспособности радиостанций.

Наконец, наша бригада в количестве восьми человек покинула склад и двинулась к двери, за которой находился спуск в шахту с «яйцом». Как и в прошлый раз, Калитин своей карточкой открыл замок, передал ключ-карту Первому и остановился, не проходя далее.

Спускаясь в эту минуту под землю, я вдруг с особенной силой ощутил невозможность и абсолютную ирреальность происходившего со мной. В прошлый раз такого чувства я не испытывал, возможно, оттого, что не знал и даже не догадывался, что же именно последует дальше. Теперь цепочка событий представлялась хорошо знакомой, но от этого ощущение бреда только усиливалось. Здравый смысл подсказывал мне, что спустившись в подвал я никак не смогу перенестись в зимнюю пустыню.

Однако полученный прежде опыт подсказывал, что именно и произойдёт со мною в ближайшие десять минут. Наверное, что-то подобное переживают смертники идущие на казнь: они сознают, что умрут через несколько минут, но мозг отказывается этому верить. Ибо жизненный опыт подсказывает – они не могут умереть, поскольку не умирали ранее.

Впрочем – стоп! – тут мои размышления следовало прервать. С мыслями о смерти нельзя идти на дело, примета есть такая у людей, рискующих жизнью.

Наверное, не я один подумал о чём-то нехорошем, потому что Аз, шедший впереди меня, вдруг заговорил громко и нарочито бодро:

– Слушайте анекдот, господа народ! Плывёт белоснежная яхта по океану, принадлежащая отечественному олигарху, скажем, Абрамовичу. На борту куча девиц – блондинки, брюнетки, рыжие, шатенки – с большими грудями и не очень, загорают кто топлесс, кто нагишом.