Невыносимый

С одного из балконов пятнадцатого этажа на меня во все глаза таращилась юная парочка, вышедшая покурить и ставшая свидетелем стремительной расправы. Явно, что мне пора было отчаливать.

Я зашагал сквозь кусты той же самой дорогой, какой пришёл сюда. Мальчонка побежал следом. Я ускорил шаг, делая вид, будто не замечаю его. Мой маленький спутник оказался вынужден припустить вприпрыжку. Так мы миновали двор и под аркой дома, я наконец, остановился:

– Не ходи за мной, Прохор!

– Дядя, а… – мальчонка запнулся.

– Ну же, говори, – разрешил я.

– Вы могли бы купить мне булку?

– Ты голодный, что ли?

– Да, я… – он опять полурастерянно-полуиспуганно примолк, не закончив фразы.

Через десять минут мы сидели на открытой террасе кафе и Проша вовсю наворачивал разогретую в микроволновке пиццу. Перед ним стоял запотевший полулитровый стакан с пепси-колой. Я же заказал пива.

– Здорово вы ему наваляли – бам! бам! – как в кино, – мальчишка ёрзал на стуле, заново переживая сцену, невольным свидетелем которой ему довелось стать.

– Не разговаривай с набитым ртом, – посоветовал ему я. – А то вся твоя пицца окажется на рубашке соседа.

Прохор отпил пепси-колы, блаженно прикрыв глаза:

– Я думал, так только Джеки Чан умеет драться! А вы, значит, тоже!

– Джеки Чан не дерётся, Джеки Чан – кривляется.

– А где вы так научились драться, дядя…

– …дядя Глеб, – подсказал я. – А дерусь я так потому, что в детстве манную кашу ел и рыбий жир пил.

– Манную кашу… рыбий жир… – мальчик захлопал глазами, уставившись на свою пиццу и стакан с пепси-колой.

– Я шучу, давай-давай, кушай, – успокоил я мальца, дабы тот не особенно ломал голову над особенностями моей алкоголической диеты.

Время от времени Прохор прикладывал ладонь к уху – оказалось, что худосочный уголовник крепко дёрнул за мочку, когда схватил мальчонку на дорожке. Впрочем, довольно скоро Проша об ухе позабыл, увлёкшись едой и беседой.

Из разговора с мальчиком я выяснил, что Прохору восемь лет; все эти годы его воспитывала мать-одиночка, с периодичностью раз в полгода приводившая в дом нового «папу». Не знаю, правда, можно ли было такую педагогику считать воспитанием. Всё своё свободное время мальчик проводил в интернет-клубе «Парадигма», расположенном где-то неподалёку; там он бился по локальной сети в «Counter strike» и «Commandos» с такими же полубеспризорными мальцами.