Я загадаю тебя на лето

«Знаешь, Анна, я должен сейчас катать девушку, которая мне нравится, но она отшила меня, поэтому остается только бесцельно ездить по району, вороша в памяти неприятные воспоминания». Но вместе этого произнес:

– Просто ехал мимо, увидел, что ты упала…

Разговор прервала собака Анны. Забавный, похожий на лису пес корги, залаял, встав между мной и девушкой.

– Эй, ну ты чего? – улыбнулся я, протягивая собаке руку, которую тут же отдернул, когда пес оскалил клыки.

– Кнуки, фу! – закричала Анна. – Успокойся, свои!

Пес послушно спрятал клыки и, перестав лаять, завилял хвостом.

– Какая сообразительная собака, – сказал я.

– Он очень смышленый, – согласилась девочка. – Кнуки раньше был полицейским псом, но сейчас, можно сказать, на пенсии…

– Ничего себе… я думал, что в полиции служат только большие собаки.

– Нет, что ты! – рассмеялась Анна. – Корги – одни из лучших поисковых псов. У Кнуки даже есть медаль.

– Круто! – искренне восхитился я.

Повисла неловкая пауза. Анна и я стояли друг напротив друга и, кажется, оба совершенно не представляли о чем говорить.

Мы вроде и были знакомы, но при этом не являлись даже приятелями. Молчание прервал недовольный голос одного из соседей – я ведь так и бросил свою машину посреди проезжей части.

– Какой болван додумался до этого?! – мужчина в костюме громко ругался, осматривая открытый автомобиль, мешавший ему проехать.

– Простите, это моя машина! – крикнул я. – Сейчас уберу!

Мужчина что-то недовольно бурчал про невоспитанную молодежь, про то, что в его время к старшим было больше уважения и что-то еще.

К счастью, в салоне «Форда» я уже не слышал его нравоучений. И, отогнав автомобиль к обочине, вернулся к Анне.

– Он вечно всем недоволен, – улыбаясь, сказала девушка. – На прошлой неделе приходил ругаться с папой, потому что Кнуки загнал его кота на дерево, откуда тот никак не хотел слезать.

– Вот это да! И что? Сняли кота?

– Ага, – кивнула Анна, – он расцарапал папе все руки.

– А где твой папа сейчас? – спросил я.

 – На службе?

– Ага… – ответила девочка, опустив глаза.

Ответ показался мне странным. Анна в одно мгновенье сделалась такой грустной, что мне стало неловко. Может, это связано с ее болезнью? Может, одна, без папы, она не может сделать что-то?

– Слушай, может… – я замялся, – может, я могу чем-то тебе помочь? Ты выглядишь грустной…

– Да нет, Ян… не можешь. Ладно, я пойду. Кнуки, домой!

Корги побрел в сторону крыльца.