Меч Тысячи Душ. Истории: Мон Блэвой

 – А есть ли чего выпить у тебя?

– Для удалых молодцов всё за мой счет, угощаю!

– Тогда доверимся и твоему вкусу, но, если найдется грибное пиво, было бы неплохо увидеть и его.

– Будет сделано, – он повернулся к стене за его спиной и снял ключи с ячейки «2.9». – Это ключи от вашей комнаты, проходите.

– Доброй ночи, мил человек! – поднимаясь, сказал ему Баст.

– Ваше питье и яства принесут, не переживайте! – крикнул нам вслед трактирщик.

– Пожалуй, только без мяса! – едва не перевернувшись через перила, попросил его мой друг.

Когда уже поднялись в комнату и расположились, нам принесли обещанные угощения. За трапезой между мной и Бастионом завязалась беседа.

– Хороший человек, мне овощей тушенных подал, да настойку крепкую! – речь Баста перебивалась чавканьем. – Ох, наемся от пуза после такого похода то!

– Согласен с тобой, – я с не меньшей жадностью уплетал свою порцию. – Грибное пиво – отвал, с мясом самое то, приятные видения после него!

– Ну, брат, я мясо не ем, наша братия в принципе его не употребляет особо.

– А я так отвык от мясных блюд, аж кишки радуются, – с наслаждением протянул я. – Кстати, Баст, что же за братия такая у нас? – я надеялся на то, что крепкий напиток подействует и он расскажет мне всё.

– Ох, Мон, коль ты со мной бок о бок был в пещере, боевое крещение прошел, так сказать, отвечу тебе, заслужил доверие.

Я замер в предвкушении рассказа моего товарища.

– Мы называем себя кланом Кил'Хари, – спокойно и членораздельно начал свой рассказ мой нетрезвый напарник.

– В смысле, выброшенные? – искренне недоумевал я.

– В прямом смысле, вот неугоден ты по каким-либо причинам своему городу-государству и в худшем случае просто порешат по-тихому, а в лучшем отправят на вольные хлеба без роду и племени.

Он выдержал недолгую паузу и продолжил.

– Вот, например, я вышвырнут под зад еще мальцом совсем, вместе с матерью, – Баст поник. – Так мы и скитались недолгое время, пока не набрели на старика Арсиваля, он нас и приютил, а потом и тренировать меня начал меч в руках держать, да бошки сносить, что на плечах неаккуратно носят многие, – вздохнув, он продолжил. – Он-то мне первый шрам и оставил.