Человек из прошлого

– А ты крокодил Гена! – ответил он.

Они дурачились и беззлобно переругивались еще несколько минут, получая от этой пикировки взаимное удовольствие. Наконец, ребята выдохлись и успокоились.

– На чем мы остановились? – спросила Соня, пряча зеркальце, в которое придирчиво себя осмотрела.

– О чем тебя просил Клаус? – напомнил я Семену.

Он задумался на несколько секунд и ответил:

– Клаус просил меня никому ничего не рассказывать.

– Об Алене и о том, что он подменял тебя в сне Миши? – уточнил я.

– Да.

– Не понимаю, – протянула девушка. – Зачем лишний раз напоминать о том, о чем не нужно говорить. Значит ли это, что Клаус специально напомнил о том, что ты итак расскажешь своему лучшему другу, несмотря ни на какие его просьбы молчать?

– Очень вероятно, – вместо Семена сказал я.

– Но откуда он мог знать, что мы встретимся, – недоуменно произнес он, а потом нахмурился. – Я сам и сказал ему об этом.

– О чем?

– О том, что мы с вами встретились.

– Допустим, – сказала Соня, – что он действительно хочет, чтобы мы, а особенно ты, Максим, узнали об участии или скорее непосредственном руководстве Марины Яковлевны операции по… устранению Алены.

– Допустим, – кивнул я.

– Клаус уверен, что так или иначе мы узнаем, что погибший в Мертвом городе – это сын Учительницы, – продолжила рассуждать Соня. – Потом он позвонил Семену и попросил его молчать, наверняка рассчитывая на обратное.

Девушка умолка, глубоко задумавшись, А Рыжий продолжил ее мысль.

– В Мертвом городе он не сказал тебе, – кивнул мне парень, – кто был тот погибший Плетущий.

Ему никто не ответил, и Семен переводил недоуменный взгляд с Сони на меня и обратно. Девушка молчала, глядя в окно с отсутствующим видом.

– Ты говорил, он спас тебя? – тихо спросила она, повернувшись ко мне.

– Да, болотная тварь едва не утащила меня в трясину, и если бы не Клаус, я бы вряд ли здесь сидел.

– Если он убийца, зачем ему спасать тебя?

– Я ему нужен. Для чего-то.

– Для чего? – спросила Соня.

– Если рассуждать логически и исходить из того, что Клаус, мягко говоря, никогда меня не любил, то единственное, что мне приходит на ум – это его желание подставить меня под удар.

– Чей удар? – задал вопрос Семен.

– Того, кто накажет его за преступления, скорее всего, Марины Яковлевны.