Дихроя. Дневники тибетских странствий

 – Скорее, опасаюсь… ибо не хочется сложить голову, так и не увидев Тибета…

Судя по удовлетворенной улыбке собеседника, Гомбожабу удалось показать нужную эмоцию.

«Надо полагать, в ближайшее время мне придется заниматься этим постоянно – врать, лукавить, изображать…»

– Да, я там бывал не раз, Тибет любой настоящий буддист должен увидеть, – уверенно заявил Ешей. – Без этого паломничества не вера у него, а так – одно название!..

– Опять отвар пьете свой, Гомбожаб? – спросил низенький тощий бурят с взъерошенными черными волосами, подходя к ним.

Его звали Даший, бурятский лама. Он вел под уздцы навьюченного верблюда; перекинутые связанные вместе мешки с нехитрыми пожитками бурята били животное по бокам.

– Пьем, – помедлив, кивнул Гомбожаб. – Хочешь тоже?

– Давай, хочу, – охотно хмыкнул Даший.

Он протянул свободную руку и, взяв кружку у Цыбикова, сделал большой глоток.

– Ах, хорошо… – причмокнув от наслаждения, прошептал Даший.

– Судя по всему, мы уже собираемся в путь? – спросил Ешей.

– Чэшой говорит, пора, – возвращая посуду Цыбикову, ответил Даший. – Иначе к ночи рискуем не добраться.

От Цыбикова не укрылось, как Ешей презрительно скривился: несмотря на весь опыт спутника Гомбожаба, предводителем был избран именно Чэшой, поскольку был казначеем перерожденного, дожидавшегося его в Лхасе.

– Что ж, тогда будем собираться, – сказал востоковед, желая хоть немного разрядить обстановку.

Путники промолчали, и Цыбиков отправился тушить костер и собирать вещи: задерживать караван не хотелось.

«О, снова ты, мой непокорный верблюд!.. – думал Гомбожаб, навьючивая животное. – Не взбрыкивай уж…»

К счастью, все обошлось. Верблюд вел себя вполне пристойно, и до самого Гумбума Цыбиков мог преспокойно обдумывать план дальнейших действий и ворошить прошлое, вспоминая, что же побудило его согласиться на подобную авантюру – поездку под видом бурятского паломника в Тибет.

«Сейчас оглядываешься назад и думаешь – зачем, почему? Чего бы и в Петербурге не остаться?»

Поднявшись по реке Гуй, караван паломников свернул направо и взошел на небольшой холм. С его вершины открывался вид на монастырь Гумбум, и Гомбожаб остановил верблюда, дабы полюбоваться этим чудесным местом.

Цыбиков немало читал про него.