Заказ на экстаз. Москва слезам не верит

Тот же, как только закончил веселиться, просто ответил:

– Боюсь, с таким настроем к концу всех твоих планов с брёвнами сам будешь фотографироваться. Слав, ну ты же большой мальчик. Работа – это прекрасно, но она ж тебе нравится. По-настоящему. И если ты не хочешь упустить момент, то в ресторан зови девушку скорее. А то даже я уже начинаю думать, что ты ее сюда привёз ради секса.

Глава 10. Аня

– Переодевайся.

Слава протянул мне большой пакет с одеждой и зашёл внутрь, закрывая дверь. Предусмотрительность проснулась? Интересно, где она раньше была, когда двери его собственного кабинета были нараспашку?

Но тем не менее пакет приняла.

Хватит уже из себя строить пугливую девственницу. Этот поезд уехал примерно месяц назад. Тем более перед этим… боссом.

Подошла к нему, ибо мужчина передвигался с явным трудом, забрала из рук объёмистый пакет. Сейчас и узнаю, что за вкус у него и в каком образе видит меня любовник.

Слово резало слух, но я сознательно мысленно терзала себя. Настрой создавала, так сказать.

Особый антураж. Пора было привыкать к своему месту. А там, как станет все понятно, с документами ехать работать.

Дальше примостила большой бумажный пакет на длинный невысокий стол. Кабинет Муромского был очень темным, мне не нравилось, но, как говорится, это всего лишь мои проблемы.

Зато не сдержала интереса, когда доставала вещи из великолепно упакованных коробок. Слава богу, это не знаменитые оранжевые сумки из ЦУМа. Мне Милка такими всю голову забила.

А то знаю я этих московских щёголей, они способны сорить деньгами даже там, где в этом нет никакой необходимости.

Но бренд все равно выглядел солидно, хотя был лично мне не знаком.

– Я взял на себя смелость быстро тебе образ составить. Как бы одел тебя я. Надеюсь, что понравится. Впервые подобным занимался.

– Спасибо.

Мои слова прозвучали как-то неожиданно тихо. Совсем растерялась от его объяснения, и в голову снова полезли всякие мысли, раскрашенные в розовый цвет.

С трудом запихала их обратно в тот отдел мозга, который отвечает за девичьи грезы, единорогов и прочую бабскую муть.

А сама с наслаждением зашуршала упаковочной бумагой.

Она была на ощупь как сатин, очень приятная и хрустящая. Почувствовала себя героиней телепередачи. В детстве смотрела такую, где страшных теть переодевали, делая настоящими красавицами.

Как только несколько слоев упаковки убрала, еле сдержала восторженный возглас. В коробке лежали длинное клетчатое платье и пояс к нему.