Подари мне огня

И я буду свободна. Но лучик надежды стал призрачной точкой на горизонте после его слов.

– Но мы совсем забыли про проценты, набежавшие за эти годы. Вы нас знаете, мы не звери и считаем, что пять процентов годовых за год закроют наши с вами дела навсегда.

Мои глаза округлились, губы задрожали. Держаться, Машка! Ты справишься. Раньше справлялась и теперь справишься.

Но пять процентов годовых… Это же десять за два года. Да это еще полмиллиона. Где же я найду такие деньги? Квартиру я продать не могу – тогда опека отнимет Кирилла.

Тем временем мой самый страшный кошмар продолжал говорить:

– Мы считаем, что ваша история затянулась. Поэтому рассчитываем, что этот долг вы закроете через полгода с настоящего момента.

Я похолодела. Мысли заметались в голове со скоростью локомотива. Но откуда такие сроки?!

– Как полгода?

Я опешила настолько, что имела неосторожность сказать это вслух. Реакция последовала незамедлительно. Сухие пальцы мужчины сомкнулись на моей руке и вывернули ее. Я охнула.

Через боль мелькала лишь одна мысль: лишь бы не сломал и не вывихнул, сейчас мне как никогда нужны обе руки.

Я закрыла глаза и тяжело задышала. Когда от боли стала кружиться голова, он отпустил захват. Я тихонько отодвинулась и затравленным взглядом посмотрела на него.

Это вполне удовлетворило мужчину. Он деловито крутил в руках свой телефон, на экране которого было свежее фото Кирилла. Я привыкла к подобному, но все равно ощущение нереальности происходящего не отпускало меня.

– Вы же помните, что может быть в случае, если вы нарушите хотя бы одно из условий?

Я не тронулась с места.

Помню каждую секунду, когда он за ноги держал орущего месячного Кирилла, высунув того из окна. А я стояла, зажатая двумя мужиками, которые не упустили возможность облапать всю меня.

И да, спиленную болгаркой дверь пришлось выбросить, а место жительства – спешно менять, потому что соседи закатили истерику и пару недель не давали нам с малышом прохода.

Пришлось сменить более-менее приличный район на то место, где живем сейчас. Хорошо еще, органы опеки вошли в положение, но предупредили, что без жилплощади отнимут ребенка.

Вот и сейчас я с лихорадочно просчитывала, где взять деньги. Я зарабатывала много. Очень много по меркам молодого специалиста. Но эти деньги были грязные – процент от заказов особых клиентов.