Пилон для пилота

Надеюсь, в процессе выступления она скинет этот наряд – все равно от него почти ничего не осталось. Ее довольно большая грудь колыхалась при каждом движении, соблазнительно выглядывая из глубокого выреза.

Она не была худенькой, скорее даже очень аппетитной, но не толстой. Такая мягкая и домашняя, но, с другой стороны, сексуальная и загадочная. Вопреки виду ее танца, я не почувствовал в ней ни капли пошлости. Но мы это поправим.

– Ежик вышел на охоту.

Сверкнул глазами в сторону Светы. Доиграется ведь, и не посмотрю, что жена друга.

Выпорю. Она поймала мой взгляд, прыснула в плечо супруга, за которого стала медленно прятаться, и указала на сцену:

– Не отвлекайся, альфа-самец на выгуле, а то пропустишь жертву.

Миша в это время делал вид, что больше всего на свете его интересует начинающееся выступление, но его губы предательски подрагивали. Я буркнул:

– Я больше тебе вообще ничего говорить не стану, если ты будешь все обсуждать с этой, – указал рукой на хихикающую женщину сзади него.

 – С каких пор ты стал подкаблучником?

– С тех пор, как ее чувство юмора стало спасать меня от серых будней, а взгляд на жизнь – заставлять ржать до колик, и вообще…

Что там было вообще, я не узнал, потому что меня отвлек жуткий звук рвущегося металла. Я понял, что мы пропустили начало представления и заодно его довольно эпичный конец.

Мне лишь удалось увидеть, как по приличной широкой амплитуде девушка с шеста улетает в сторону диванчиков. В нашу сторону.

С округлившимися глазами понял, что она сейчас приземлится прямо на меня, группируясь, тем самым местом, что я так и не успел рассмотреть.

В голове промелькнула мысль: «Как хорошо, что это самое место должно быть мягким».

В одном Миша был прав. Очень быстро пришло и осознание, и ощущение того, что эти диванчики выбраны удачно. Такого количества, вернее размера, счастье на меня еще не сваливалось.

Дама рухнула прямо в район туловища, и даже мягкость ее пятой точки не спасла мою грудь от ощутимого удара, от которого затрещали ребра.

Из меня словно вышибли весь воздух, а колено летающей эквилибристки прямиком угодило в то самое место, которое я сегодня собирался использовать по назначению.

Но, видно, не судьба. Потому что после такой подставы мой самый нежно оберегаемый орган работать сегодня будет явно не в состоянии.

Пока я приходил в себя, Миша уже стаскивал с меня некую Лану, которая со стонами еле двигалась. Хорошо хоть, что была в сознании.