Измена. Вирт не считается

То ли вино играло в ее крови, то ли она пришла сюда с четкой установкой делать что сказано, но это невероятно возбуждало.

Она не спеша дошла до узкой кровати. Так же медленно, словно специально дразня, расстегнула молнию на джинсах. Эротично выгибаясь, сняла с себя, вылезая из них и показывая свои длинные ноги.

Обычные серые хлопковые трусики в тон лифчику прикрывали ровно столько, сколько было нужно. Их она оставила на месте, и я сглотнул. Тогда-то и пиджак полетел в сторону, а рубашка оказалась абсолютно распахнута.

– Ложись на кровать на спину. Я буду фантазировать с твоего разрешения…

Ноутбук переместился поближе. Она поставила его у головы на тумбочке, и я получил такой обзор… Фильмы для взрослых нервно курят в сторонке. Вид сверху просто огненный.

Полные, наверняка мягкие на ощупь полушария не растеклись по груди, а упруго стояли с дерзко торчащими сосками.

– Пригуби еще вина, Веснушка…

Она потянулась за кружкой. Не бокал, конечно, но я все понимал. Почему-то она предстала передо мной в дорогом номере отеля в ванне.

Она пригубила и немного пролила на грудь. Я резко выдохнул. Главное не спалиться. Осторожно спросил:

– Что такое?

– П-пролила… на себя.

– Так давай воспользуемся этим? Растирай… Прокладывай каплям дорожку по своему телу. Пусть вкусное, терпкое вино течет между грудей прямо к пупку, оставляя липкую дорожку, что ты прочертишь пальцами.

Розовые соски напряглись. Я видел, как девушка возбуждена, и это было сродни чуду.

– Проведи рукой ниже, еще… Я хочу, чтобы ты аккуратно коснулась себя там. Раздвинь ножки, Веснушка… свои длинные, стройные ноги, которые шикарно смотрелись бы на моих плечах.

Она сглотнула, а я, как заправский маньяк-извращенец, наблюдал, как девушка подчиняется. Как медленно, неуверенно, с такой милой робостью разводит ноги. Ее дыхание учащалось. Становилось надрывным.

– Я все чувствую, девочка, я тоже готов, сейчас представляю, как прикасаюсь к твоей сногсшибательный шее.

Ее движения становились четче. Ее уверенность была такой желанной, распаляла меня, а плавные касания тела сводили с ума. Пришлось расстегнуть ширинку и высвободить член из трусов. Плевать я хотел, как это сейчас выглядело.