Ржавчина

Беспечное предположение Дианы было слишком невероятно, но это было единственное более-менее логичное объяснение неожиданного исчезновения и упорного молчания Жанны.

Попрощавшись, Вадим вернулся в дом своей исчезнувшей пассии и заново обошёл все комнаты, а так же заглянул в гараж. Никаких следов возвращения Жанны не было, а обе её машины стояли на своих местах. Впрочем, после вчерашнего праздника она вполне могла не решиться сесть за руль и уехать на такси. Возможно, пролить хоть какой-то свет на это таинственное исчезновение могла домработница Регина, но её телефон находился вне зоны доступа.

Вероятно, домработница его отключила, чтобы нормально отоспаться после вчерашних хлопот. Оставив сумку и полотенце рядом с купальниками на кровати Жанны, Морозов запер входную дверь и калитку и направился к своему дому, втайне лелея глупую надежду обнаружить Жанну у себя в спальне или на кухне. Но там, естественно, никого не было. Бросив грязную рубашку и джинсы в бельевую корзину, Вадим принял холодный душ, тщательно побрился и переоделся в летний льняной костюм. Время только приближалось к пяти, и выдвигаться было ещё рано. Столик был заказан на семь часов вечера в престижном и дорогом рыбном ресторане в Сан-Рабело. Морозов не был изысканным гурманом и поклонником высокой кухни – больше всего он любил обычного русского осетра, запечённого в духовке со сметаной. Однако найти в местных магазинах и ресторанах свежую российскую осетрину было так же непросто, как в Москве – санкционные французские устрицы. И только в пафосном ресторане «Пятый океан» среди разнообразных рыбных блюд имелась и экзотическая для местной кухни стерлядь а ля-рюсс. Прекрасно зная любовь Вадима к белой рыбе, Жанна заказала на следующий день после юбилея, ещё и небольшой ужин на двоих. Сначала она хотела сделать это сюрпризом, но, опасаясь, как бы её приятель по своей творческой привычке досрочно не ушёл в запой, предупредила его о камерном продолжении торжества. Однако своим исчезновением Жанна преподнесла Вадиму такой сюрприз, от которого рука сама потянулась к стакану. В своём доме Морозов предусмотрительно не держал никакого спиртного, и чтобы выпить, ему надо было пойти либо в магазин, либо на кухню своей подруги. Он выбрал второе, надеясь, что Жанна если ещё и не вернулась домой, то вот-вот там появится – ведь ей надо было переодеться и накраситься. Не могла же она пойти в ресторан в том же виде, в каком с утра вышла из дома.