Асафетида

На физиономии его написано выражение полного блаженства.

Священник участвует в событиях на доброй половине иллюстраций: почти везде – в роли растлителя, изувера, убийцы. Воздаяние ждет его на одной из последних страниц. В небольшом помещении злодей подвешен на дыбе, челюсти зафиксированы и разведены особым пыточным зажимом. Над жертвой возвышается нагая и прекрасная мучительница с формами Афродиты Книдской. Кузнечными клещами она готовится вырвать ему язык.

На аккуратном столике рядом с дыбой разложен богатый инструментарий: чугунный утюг, иглы, спицы, всевозможные ножи.

Но прежде всего этого взгляд зрителя падает на причудливый штопор длиной в половину человеческого роста. Как она применит его, страшно даже гадать.

– Ужас какой! Оно запечатано было, продавщица открыть не дала!

Я не лгу, когда уверяю Олю, что графика в книге великолепная. Почти Билибин, честное слово.

– Но Пушкин-то тут при чем?!

Хоть на последней лекции профессора Елеазарова мы сидели вместе, я объясняю ей, что такое постмодернизм в искусстве.

Оля внимает мне и одним глазом следит за экраном. Там уже закончился «Иван Васильевич» и началось «С легким паром».

– Вань, а музыки нет нигде?

Я нажимаю несколько раз кнопку и на одном из каналов натыкаюсь на какой-то «голубой огонек». Шампанское стоит на столе. Я обдираю тонкими полосками фольгу и долго сражаюсь с проволокой. В конце концов бутылка открывается с тихим грустным хлопком.

Мы чокаемся. Она заправляет за ушко темно-русую прядку со лба.

– Положить что-нибудь? – Оля не ждет ответа и по-хозяйски шлепает мне на сервизную тарелку ложку оливье. Кроме оливье, из салатов – с крабовыми палочками и селедка под шубой. В довесок к этому – бутерброды с икрой, шарики из тертого сыра и колбасно-мясная нарезка. Настоящий пир на двоих.

Я беру бутерброд и кладу его на край тарелки. Внутри клокочет выпитое шампанское.

– Ты в порядке? – беспокоится она, когда я икаю со страдальческим выражением на лице.

Второй бокал заходит легче.

Пузырьки из желудка разбегаются по сосудам. Такое чувство, как будто под кожей прорывают ходы маленькие личинки, копошатся и щекочутся изнутри. Она не унимается:

– Тебе точно не плохо?

Я в порядке. Мне хорошо. Кушай салат, Оля.

– Лера из Гамбурга «ВКонтакте» фотки выложила. Видел?

– Да похуй вообще на эту блядь, – отвечаю я. Сам не понял, как с языка сорвалось.

– Ну почему ты так? Она же тебе нравится, – заступается за одногруппницу Олечка.