Полесский шаман

Тем более, большинству из нас это знакомо.

– Не вопрос, – ответил Сергей.

– Только без бухла, – сказал Гена, выразительно посмотрев на Леника.

– Не ссы. Когда приду, оно уже будет вот здесь, – Леник похлопал себя по животу, и рассмеялся.

Остаток дня прошел без приключений. Мы сходили в лес, набрали земляники. Затем Сергей включил станок и стал показывать мне, как гнать вагонку из доски. Работа более кропотливая, но, конечно, не бревнами руки обрывать. Поработав немного, мы пошли в вагончик пить чай, и остались там до конца дня.

Вечером, немного перекусили тем, что было под рукой, закрыли избу и отправились на место общего сбора. Темнело. Костер видно издалека. Пламя вьется на ветру, озаряя стоящие рядом деревья. Когда мы подошли, все наши уже были здесь и трепались о том – о сем. Леник, Сивый и Валет сидят на пеньках возле костра. Чуть поодаль стоит стол, сделанный из старой деревянной двери, обретшей вторую жизнь. Рядом с ним вкопана лавка, а с другой стороны валяются большие круглые колоды из распиленного поперек дерева.

– Знакомьтесь, Михалыч.

Мужик поднялся и протянул нам руку:

– Андрей.

– Сергей.

– Вадим.

Мужик был постарше Гены. Худой, спина придавлена.

– Андрюха, – сказал Гена, обнимая его за плечи, – забей! Выкинь ее из головы хотя бы сегодня. Во, с мужиками поговори, а то молчишь, как рыба об лед.

– Парни, – Гена обратился уже к нам, – если хавать хотите, тут есть немного харчей.

Он раздвинул лежащий на столе сверток. Мы присели на колоды.

– Не получается выкинуть ее, – пролепетал Андрей, не поднимая головы. – Не вылазит, зараза. Больно мне, понимаешь, больно…

– Андрей, – спросил я, – что случилось-то? Расскажи, не бойся. Здесь все свои. Никто не будет смеяться, и показывать пальцем.

Он помолчал, все еще глядя в пламя. Затем, сморщившись, сказал:

– Понимаешь, Вадя… Да?

Я кивнул.

– Понимаешь, Вадим, прожить с женой пару десятков лет. Две дочки у меня – загляденье. Одна уже одиннадцатый класс заканчивает. После стольких лет узнать, что жена твоя спуталась, черт те знает с кем, очень… Очень больно. Я готов рогами землю рыть. Рыдать во весь голос. Но не могу избавиться от того, что у меня сейчас здесь, – Андрей положил руку на грудь.

– Жена у него красавица, – вставил Гена.