Тринадцатый

Да и монтировку выбросить можно было, а я мог бы домой пойти, а потом байки травить, что и не был там вовсе. Я даже крови боюсь. А на этого гада я думаю, потому что он сам предупреждал о смерти Семеныча, только мы его тогда не слушали. Вот как вы меня сейчас не слушаете. Я же вам говорю, говорю правду. Хотя я вас понимаю. Вы мне не верите. Даже не пытаетесь поверить. Как и тот до вас. Я, наверное, похож на рыбу, которую сначала поймали, а потом выпустили из жалости обратно в реку. И плавает она теперь и рассказывает всем, что, мол, там другой мир есть с деревьями и животными, которые ходят на двух ногах.

А над ней все смеются и не верят ей, потому что никто больше там не был. И верить не хотят, поскольку считают, что кроме подводного мира не существует больше ничего. Ну, вы на меня сами посмотрите. Разве я похож на придурка?

– Тебе честно ответить? – затянувшись, спросил Алексей.

– Честно, – пробормотал Четырин.

– Стопроцентный придурок! – выдохнул облако дыма следователь.

– Ну почему вы мне не верите?! Почему?! Я же правду говорю, чем угодно клянусь!

– Знаешь, скольких я тут, таких как ты, повидал за время своей работы? И чем они только ни клялись.

И головой бились, и волосы на себе рвали. А итог был в основном один, – он снова затянулся и пристально посмотрел на Виктора. – А ты бы мне поверил, если бы сидел на моем месте, а я тебе такую ахинею нес?

Виктор замолчал. Он сделал еще пару больших затяжек, потушил сигарету и, обхватив голову руками, начал качаться взад и вперед на стуле.

– Я сам себе не верю, что в такое дерьмо вляпался. Только я не идиот и не сумасшедший. Я правду сказал, что хотите, то со мной и делайте, другого не знаю. А Семеныча я не убивал. Все! Точка!

– Правду он мне сказал… Правда – это первая жертва в нашем мире, если хочешь знать, – Алексей потушил в пепельнице окурок. – Куда и с какой целью он ехал? Это хоть он говорил?

– Говорил, точно говорил, – оживился задержанный. – Он сказал, что приехал по делу, что-то вроде этого, и хочет посмотреть, как живут люди в провинции, так как он путешественник и очень этим интересуется.

– Значит, он еще и путешественник. М-да. Путешественник, мать его. Замечательно. Просто великолепно. Значит, мы имеем маньяка-гастролера, который ездит на попутках, убивает водителей силой мысли и может предсказывать судьбы! И к тому же еще выдает себя за князя тьмы. Полный бред! Детский лепет!

– Только он не путешественник и не маньяк.