Тринадцатый

– Куда ты прешь?! Ну, куда ты прешь?! Что, жмурика ни разу не видел?! Давай проезжай, проезжай, – суетился он.

– Ну что, пришел в себя? Или еще дать нашатыря понюхать? – спросил доктор, глядя на очухавшегося Виктора.

– Не надо, – еле ответил тот и стал подниматься.

Тело плохо слушалось, казалось, что даже кровь в его организме замерзла.

– Вот и хорошо! Вот и ладненько! Вижу, что в себя пришел, – улыбнулся доктор.

Четырин поднялся. Он продрог до костей и не чувствовал ни рук, ни ног.

Доктор проводил Виктора в машину скорой помощи, где во всю мощь работала печка.

– Куришь? – спросил Четырина доктор.

– Курю, – дрожа от холода и нервного стресса, пробормотал Виктор.

– Тогда держи! – доктор протянул ему пачку.

– Нет, спасибо, у меня свои.

– Ну, как скажешь, дело твое.

Виктор достал сигареты и зажигалку из кармана куртки и дрожащими руками безуспешно попытался прикурить.

– На, не мучайся, – доктор поднес зажженную спичку.

Виктор прикурил и в знак благодарности кивнул головой.

– Да, повезло тебе, что тебя вовремя заметили, а то бы сейчас грузили, как твоего напарника. Во веселуха: один замерз, другой череп раскроил, – доктор затянулся горьким дымом. – Хоть немного согрелся?!

– Угу, – промычал Виктор. – А кто нас обнаружил?

– Да хрен его знает. Кто-то позвонил в скорую и сказал, что там, мол, и там находятся два человека, один мертвый, а другой живой.

– Очень рад, – тихо ответил Виктор.

– На вот тебе для сугрева, – доктор достал из своего саквояжа темный пузырек антисептина и, открутив крышку, вылил содержимое в стакан. – Выпей.

– Че за дрянь-то? – взяв стакан, произнес Виктор.

– Сам ты дрянь! Пей, пока дают.

Четырин недоверчиво посмотрел на жидкость в стакане.

– Да пей, не бойся. Спирт это. Товар года по продажам в аптеках. Извини, боярышника нет. Так что не смотри на стакан, как солдат на вошь, а давай быстрее. Для тебя сейчас это лучше всего будет.

– Господи, прими за лекарство, – Виктор, выдохнув, проглотил содержимое стакана. – Закусить-то есть чем? – помахав перед ртом рукой, спросил он.