Аристарх Игнатьев. Герой по найму

 – Я приглашаю вас в гостиничный номер. И там нас будет ждать сладкий сон.

Аристарх Петрович ещё раз пробежал взглядом по пышному телу Антонины Егоровны. Он отметил, что подобной женщины в его жизни ещё не было. Игнатьеву всё больше нравилась его работа. Однако желание с головой окунуться в омут разврата было жёстко пресечено. Аристарх Петрович не упускал со счетов вариант, что подобное проявление внимания – всего лишь проверка на верность. Он не желал подставляться и терять заработанные баллы. Слишком высока была цена.

– Извини, Антонина, у меня сегодня слишком много дел, – спокойно произнёс Игнатьев.

– Может, завтра? – Окольцева не желала сдаваться.

– Возможно, – уклончиво ответил Игнатьев. – Диктуй номер. Я запишу.

Глава 14

В нехорошую историю может попасть каждый. Но в критической ситуации оказываются только истинные смельчаки.

Подвальные помещения дома Кудрявцева ожили. В двух расположенных напротив друг друга подсобных помещениях находились люди, осмелившиеся открыто выступить против властного бизнесмена.

Судебная комиссия состояла из трёх человек. Непосредственно сам хозяин дома, его дочь и преданный телохранитель.

– Поздно в молчанку играть, Георгий Ростиславович, – Кудрявцев закинул ногу на ногу.

– Я больной человек, – Спиридонов начал излагать сказку собственного сочинения. – Мне были нужны деньги на лекарства. Ваш дом самый большой, и забор самый высокий. Я решил, что добра здесь хоть отбавляй.

– Нехорошо врать, дедушка, – Кудрявцева укоризненно взмахнула указательным пальцем. – С такими темпами ваше здоровье может окончательно пошатнуться. И никакие таблетки вас после этого уже не спасут.

– Добрая девочка, – Спиридонов попытался улыбнуться.

– Перестань паясничать, – Старосельцев сурово взглянул на старого вора. – Мы знаем, что проникновение в дом было заказным. Также мы знаем, что ты профессионал экстра-класса. И имя тебе – Жора Ловкач. Мы всё о тебе знаем, старик.

Георгий Спиридонов понимал, что грозный охранник говорит правду. Врать не было смысла. Но старая закалка не позволяла авторитетному домушнику сдать своего заказчика.