Племянник капитана. Сборник рассказов

Немного поговорив с Тизмериц, Филомена выяснила, что та не работает, а живёт в квартире с этими бродягами и отдается им за выпивку…

Альберт поднял с земли мешок с кормом, все еще под впечатлением душераздирающего окончания истории про красавицу Тизмериц, которой повезло родиться почти белой, не будучи таковой по происхождению (а впрочем, прохвосты используют игру генов на всю катушку – как диктатор островного центральноамериканского государства, рожденный мулаткой, но используя свою испанскую внешность, цинично сошедшийся с североамериканскими военными, поработившими его страну),

"Везде фашизм, везде", – вздохнул Альберт и проводил взглядом удаляющуюся от него в туфлях на широких каблуках Ирму, у которой в ее сорок лет нет уже половины зубов, так как её мать, экономя деньги на лечение кариесов у дочери, всякий раз при зубовных болях решительно приказывала врачу: Вырывайте зуб!

И такое средневековье для бедняков, особенно после Великой депрессии, царит по всей Земле и, похоже, будет вечным.

"Ах, если бы мой дядя ушел в Сан-Франциско с другими кораблями эскадры Старка и не пытался построить государство русских в дебрях Южной Америки! – думал Альберт. – Три десятка лет прошло со времён гибели моей Российской империи. Я заметил, что конец империи совпал с окончанием детства. Став взрослым, я никогда уже не был счастлив, сплошные унижения. И если таков промысел господень, то так тому и бывать".

Время Перехода

Трактир у горного перевала… Что может быть притягательнее этого места? Уютный и вместе с тем волнующий образ, место, где можно придти в себя, подумать – перед тем как пуститься по горной дороге ещё выше, за Предел. А уж если находят в этом трактире приют странники и путешественники из разных миров и стран, то он становится ещё и загадочным.

Итак, постороннему наблюдателю, очевидно, пришлось бы решить кучу головоломок, окажись он вечером в центре главной залы не очень большого придорожного заведения на перекрестье миров. Посередине, за столом прямо под свисающей с потолка желтоватой лампой, обернутой чёрной проволокой, сидел один посетитель – в рубашке военного образца с засученными по локоть рукавами.