Сестрёнка Месть

Какова цель вашего визита?

«Отыметь тебя в попу, придурок», – пробормотал в сторону Жим-Жим, но вслух приветливо отозвался:

– К Магнитику.

Громыхая железом экзоскелета и выпуская облака чёрного дыма, Смига пропустил бронепежо.

Отъехав подальше, Жим-Жим злобно сказал Кур-Метту по рации:

– Электроники нюх потеряли. Республика у них, значит? Надо направить сюда отряд моих бойцов, чтобы напомнили им, что в Санитарном Домене настоящая свобода и нет никакой политико-территориальной организации публичной власти.

Кроме моей, конечно.

Кур-Метт фотографировал несвойственные Санитарному Домену виды: сохнущее на верёвках бельё, грядки с какими-то растениями. Облезлые овцекоровы, зажмурив глаза, пытались жевать саблемусс. Попадались брюхоноги с ошейниками. С визгом и шипением кидались они под колёса бронепежо, пытаясь укусить игольчатыми зубами.

Пару раз над бронепежо зависали бес-пилоты. Судя по дымному следу – работали на самодельном биодизеле. Кур-Метт достал электропистолет, но Жим-Жим дал знать, что всё в порядке – это местные баловались.

Скоро они остановились возле дома, половина которого была поглощена магматической породой с кристаллическими прожилками. В них то ли на самом деле струился свет, то ли это был оптический обман. Выйдя из бронепежо, Кур-Метт припал к странным камням:

– Что это? Впервые вижу такое.

– Какая-то хрень из Неудоби, – ответил Жим-Жим. – Тут полно такого.

Толкнув входную дверь, он поманил ханаатца за собой.

Внутри оказалось обжитое помещение, обставленное старинной мебелью.

В центре стояла большая лохань, в которой мылся тёмнокожий мальчик лет пяти. Над ним стояла негрянская женщина и лила воду из шланга, подключённого к трубе из стены.

– Мы к Магнитику, – сказал Жим-Жим, подмигивая мальчику.

– Он в Комнате Лёгкости, – кивнула женщина.

– «Комната Лёгкости» – это же так туалет называют при вашем Дворе? – шепнул Кур-Метт.

– Сам ты туалет, морда. Это реально Комната Лёгкости. Сейчас увидишь.

Жим-Жим пересёк комнату и остановился у двери, прорубленной в магматической породе, которая покрывала половину дома.

Кур-Метт убедился, что в ней на самом деле струился синий свет, словно физически запертый в кристаллических прожилках.

Жим-Жим открыл дверь, но перегородил вход в комнату рукой:

– Подожди, пока не привыкнешь.

То, что Кур-Метт увидел перед собой, оказалось так удивительно, что он выпустил из рук наладонник. Тот не упал, а поплыл вверх, словно лист, подхваченный ветром.